— Красивый месяц.

Павел на секунду отрывает взгляд от дороги.

— Декабрь?

— Да.

— Сейчас люблю.

Я поворачиваюсь к нему.

— Сейчас?

Уголок его рта чуть дрогнул.

— Раньше нет.

— Почему?

Он задумчиво смотрит на дорогу впереди.

— Слишком много шума.

— А теперь?

— Теперь понимаю, что шум не главное.

Машина плавно сворачивает на проспект. Свет фар скользит по голым деревьям.

— И что главное?

Павел молчит несколько секунд. Настолько долго, что я уже думаю, что ответа не будет. Потом говорит:

— В декабре всё видно.

Я невольно улыбаюсь.

— Это как?

— Листьев нет. Видна структура дерева.

Он кивает в сторону окна.

— Летом можно любоваться кроной и не замечать, что внутри. Зимой не получается.

Я смотрю на чёрные ветви за стеклом. На тонкую графику деревьев на фоне снега. И понимаю, что он прав.

— Красиво сказано.

— Это архитектурное мышление.

— Нет.

Я качаю головой.

— Это что-то другое.

На этот раз улыбается уже он. Совсем немного. И снова становится тихо. Но тишина больше не кажется хрупкой. Через несколько минут Павел неожиданно говорит:

— Раньше я думал только про красоту.

Я перевожу взгляд на него.

— В каком смысле?

— В профессиональном.

Он пожимает плечами.

— Красивая форма. Красивое пространство. Хороший проект.

Пальцы на руле слегка сжимаются.

— А потом понял, что красота сама по себе ничего не стоит.

— Ничего не стоит?

— Почти ничего.

Он ненадолго замолкает.

— Если в ней нет честности.

Я отворачиваюсь к окну. Потому что сразу понимаю, о чём он говорит. И потому что он тоже понимает, что я понимаю. Никто из нас не произносит этого вслух. Не нужно.

— Когда понял?

Вопрос вырывается сам. Павел усмехается. Без радости. Скорее с принятием.

— Три года назад.

Я закрываю глаза на секунду. Этого достаточно. Больше ничего объяснять не нужно.

Мой дом появляется впереди быстрее, чем хотелось бы. Павел сворачивает во двор. Медленно подъезжает к подъезду. Останавливается. Двигатель продолжает тихо работать. Некоторое время никто не двигается. За лобовым стеклом падает снег. Редкие прохожие спешат домой. Где-то в соседнем дворе запускают бенгальские огни. До Нового года остаётся всего несколько дней.

— Спасибо, — говорю я.

— Не за что.

Я уже тянусь к ручке двери, когда слышу:

— Катя.

Что-то в его голосе заставляет меня остановиться. Я поворачиваюсь.

— Да?

Он смотрит на меня так, будто сомневается, стоит ли вообще задавать вопрос.

Потом всё-таки спрашивает:

— Новый год. У тебя есть планы?

— Конечно.

— Конечно?

— Вера.

Я улыбаюсь.

— И Максим.

— Хорошая компания.

— Очень.

Он кивает. И на этом, кажется, разговор должен закончиться. Но почему-то не заканчивается.