Даже у Миши, который, кажется, до сих пор не понимает, насколько прозрачным становится рядом с Мариной.
И, конечно, у меня. Я беру карандаш. Открываю блокнот. На странице появляется лисёнок. Тот самый. Стоящий на ступеньке. Только теперь рядом с ним уже не тень. И не смутный силуэт. Контур становится чётче. Появляются линии плеч. Очертания морды. Намёк на взгляд. Фигура по-прежнему держится на расстоянии. Не подходит ближе. Не торопит. Не требует. Просто остаётся рядом. Терпеливо. Спокойно. Будто знает, что некоторые шаги невозможно сделать раньше времени. Лисёнок смотрит на него. Дольше, чем раньше. Внимательнее. И впервые за всё это время мне кажется, что он уже не просто думает. Он начинает выбирать.
Глава 14. Правда о трёх годах и то что было на самом деле
Май приходит уверенно.
Не как апрель, который всё ещё оглядывается на зиму и боится собственного тепла. Настоящий май не сомневается в себе. Деревья за несколько дней становятся зелёными, воздух наполняется запахом черёмухи и влажной листвы, а люди наконец снимают пальто и смотрят на мир так, словно пережили что-то тяжёлое и теперь постепенно возвращаются к жизни.
Набережная растёт на глазах.
Каждую неделю появляется что-то новое: готовый участок маршрута, очередная конструкция, фрагмент будущего павильона. Антон всё чаще произносит своё любимое слово:
— Успеваем.
Для него это почти восторг.
Мы с Павлом теперь бываем на объекте регулярно. Иногда обсуждаем рабочие вопросы, иногда спорим о деталях маршрута, иногда просто стоим у реки и смотрим на воду. И постепенно я замечаю ещё одну вещь. Работать рядом с ним снова стало легко. Не безболезненно. Не без прошлого. Но легко.
И это наблюдение я откладываю отдельно, словно важную находку, к которой ещё предстоит вернуться.
В начале мая Павел останавливает меня возле павильона. Того самого. Двести квадратных метров будущей истории. Сейчас здесь уже есть крыша, стены и проёмы для света. Строители ушли на обед, поэтому внутри непривычно тихо. Только солнечные полосы лежат на бетонном полу, пересекаются и медленно смещаются вместе с движением дня.
— Катя.
Что-то в его голосе заставляет меня поднять голову.
— Да?
Он несколько секунд молчит. Потом говорит:
— Кажется, это тот самый момент.
Я понимаю сразу. И почему-то не удивляюсь. Скорее чувствую, что ожидала этого разговора уже давно.
— Правильный момент?
— Да.
Я оглядываюсь вокруг. Пустой павильон. Свет. Будущая работа на стенах.
— Здесь?
— Здесь.
Он тоже смотрит на пространство вокруг.
— Мне кажется, это подходящее место.
Я медленно киваю.