Я всё смогу. Я должен смочь. Теперь точно должен.

Мои руки сами потянулись к её животу. Почти плоскому, но таящему в себе целый мир, наше сокровище, плод нашей любви.

– Можно? – прошептал я, снова опускаясь перед Лизой на колени.

Она кивнула, не в силах говорить. Я прикоснулся к ней ладонью. Где-то там…

Мой ребёнок.

И тогда, наконец, пришло это осознание, я испытал уже не страх и не ужас.

Гордость накрыла с головой. Дикая, первобытная, мужская гордость.

Я прижался лицом к её животу.

– Это лучшая новость за последнее время, – прошептал я, целуя её живот через ткань блузки.

Её пальцы запутались в моих волосах.

– Ты… хочешь этого ребёнка? – неуверенно спросила Лиза.

Я поднял на неё глаза:

– Хочу. Больше всего на свете.

И это была правда. Внезапная, как озарение. Все эти годы: бизнес, деньги, статус – всё это было пылью по сравнению с тем, что Лиза только что сказала.

Я привлёк её к себе и обнял, прижимая так сильно, что она вздохнула.

– Всё будет хорошо, – выдохнул я ей в волосы. – Я обещаю.

Это была клятва. Себе. Ей. Нашему ребёнку.

Я поднял её на руки, и она обвила мою шею, прижимаясь всем телом. Её солёные от слёз губы были знакомыми и новыми одновременно. Я нёс её в спальню, не отрываясь от поцелуя, чувствуя, как её сердце бьётся в унисон с моим.

Положил Лизу на кровать и навис над ней, опираясь на локти, боясь своим весом причинить вред. А её руки рвали на мне рубашку, пуговицы разлетелись, как маленькие пульки по комнате. Я тоже освобождал Лизу от одежды, обнажая упругую грудь, и губы сами приникли к розовым, набухшим соскам. Она вскрикнула, выгибаясь навстречу, её пальцы впились в мои плечи.

– Глеб… – она задыхалась, когда мой рот скользил вниз, по трепещущему животу, целуя каждый сантиметр кожи.

Она была такой мокрой, что мои пальцы легко скользнули внутрь, и она застонала, двигаясь навстречу.

– Быстрее, – прошептала она, когда её бёдра двигались в такт моим пальцам.

Я сбросил свои брюки, и она сама взяла мой член, твёрдый, готовый взорваться, и направила в себя. Я вошёл медленно, чувствуя, как она обволакивает меня, горячая и тугая.

Лиза громко стонет, но глаза не закрывает, смотрит на меня, как будто гипнотизирует. Начинает подмахивать мне попкой, подаваясь навстречу толчкам. Мне хочется схватить её за бёдра и вогнать себя в её лоно резко и глубоко, чтобы яйца в неё впечатались, чтобы криком захлебнулась, но боюсь навредить малышу. Кладу пальцы ей на клитор, делая ощущения острее.

Моя девочка дышит чаще, дрожит. Я точно знаю, когда она близко. Я тоже уже еле сдерживаюсь. Она так естественна в постели, так раскованна и открыта, что только от этого хочется обкончать её всю.