Наци ужаснули весь мир своей запредельной жестокостью, но отец был честным солдатом, и уж одной-то заповеди, присвоенной Гитлером, оставался предан до конца.
— «Германия превыше всего!» — вытолкнул Герд. — Да, папа?
Вторник, 30 сентября. Вечер
Ново-Щелково, улица Колмогорова
Дети просто обожают день рожденья, для них это великий праздник — гости, веселье, торт и подарки! А вот после тридцати «днюха» приобретает черты сомнительности. Ведь будущее просматривается уже насквозь, и ты понимаешь, что малолетнее представление о жизни, как о величине бесконечной во времени и пространстве, ошибочно. Да, большая часть жития еще впереди, но сие не слишком утешает.
Что уж говорить о сорока пяти, когда всей надежды — ах, минула лишь половина отпущенного тебе срока! Лучшая половина…
Правду говоря, я редко забивал голову подобными размышлениями. Здоров? Здоров! А «грации» выглядят, максимум, на тридцать. Чего тебе еще, старче? Живи да радуйся! Я и радовался…
Мой дом гудел от громкой музыки, голосов и смеха. Инна, молодчинка, накрыла аж два стола — в Голубой гостиной и в столовой, но гости разбрелись повсюду, кучкуясь по интересам.
Моя мама, «деда Филя» и Федор Дмитриевич оккупировали наш любимый диван в холле — «грели косточки у камина». Проходя мимо, я уловил отрывок разговора. Нет, дорогие наши старики вовсе не обсуждали детей — они увлеченно и вдохновенно судачили о работе. Счастливые люди!
А какая прелесть моя Лея! Она взяла на себя заботу о малых сих — детках моих сотрудниц, внучках и внучатах одноклассниц.
Время, время… Гадское время!
Очень серьезный, даже чуть мрачноватый Леонид Сосницкий, смешливая Даша Жукова, очаровательная Зося Корнеева, хорошенькая и немного загадочная Юля Зенкова — все они учились, очно или заочно, «по совместительству» строя отношения.
Наша Тимоша мало изменилась, хотя и вздыхала, что толстеет, что, как не встанет на весы — обязательно «плюс»! Плюс килограмм, а то и два…
«Да если б так, — тихонько ворчал Дюха, ныне директор „Автопромбанка“, — ты б давно лопнула! Тоже мне, гиппопо нашлась… Гиппо-попа!»
Близняшки, наобнимавшись, и даже всплакнув, разбрелись — Светланка болтала с Талией, а Маша шушукалась с Альбиной. Аля шумно и уныло вздыхала, волнуясь за Соню. Вот, мол, у всех уже внуки, меня одну еще в чин бабушки не произвели…
«Софи, бедная, наконец-то вырвалась из маминых удушающих объятий! — едко хихикал Изя. — Сонечка у нас по восточным языкам спец. Окончила с „красным“ дипломом, да-а! Могла бы и в Москве устроиться… А фиг! Умотала аж на Дальний Восток! Будет при штабе флота переводчицей с корейского и японского… — задумавшись на секундочку, он замотал головой: — А, нет, не умотала еще! Какие-то курсы у нее в Минобороны… Отучится, и умотает… А, вспомнил! В Раджин! Это такой порт в КНДР, незамерзающий, там у флотских база, вроде…»