Высокий овальный каркас был полностью утоплен в белых и пудровых пионах, кремовых розах, гортензиях и ниспадающей зелени. Цветы лежали свободно, будто их только что собрали в саду, и именно эта лёгкая небрежность делала арку живой.
Я вдруг поймала себя на улыбке.
Когда-то, ещё девочкой, я часами смотрела американские фильмы про свадьбы и каждый раз говорила папе одно и то же.
— Если я когда-нибудь выйду замуж, то только так.
Не в душном ЗАГСе, не под огромными, тяжёлыми блестящими люстрами.
А на природе, чтобы была белая дорожка, обязательно присутствовала веточная арка, красивые стулья, цветы, живая музыка. И по возможности ветерок, который играл бы с фатой, создавая парящий эффект.
Я уже давно и забыла о тех разговорах с папой, а сейчас вспомнила, потому что стояла посреди собственной детской мечты.
Не знаю, было ли это совпадением.
Может, организатор просто предложил отцу самую дорогую площадку.
А может...
Может он действительно запомнил мои слова спустя столько лет и впервые решил сделать так, как когда-то хотела именно я.
Если это правда...
За это я была ему благодарна.
Мой взгляд медленно скользнул дальше.
Под цветочной аркой уже стоял Артур.
На фоне ослепительно белых цветов и бесконечного синего озера он казался ещё выше. Тёмный костюм идеально сидел по фигуре, строгие линии подчёркивали широкие плечи, а спокойная уверенная осанка выдавала человека, который привык контролировать любую ситуацию, но не сегодня, сегодня он выглядел как мужчина ожидающий свою невесту.
Солнце отражалось в хрустальных бокалах гостей, играло на серебристых приборах банкетных столов и вспыхивало на белых лепестках под моими ногами. Воздух пах свежескошенной травой, цветами и дорогим шампанским.
Именно в этот момент я поняла, почему такие церемонии называют сказочными, из-за ощущения, будто весь мир на несколько минут перестаёт существовать.
Остаётся только белая дорожка.
И человек, который ждёт тебя в самом её конце.
Когда я остановилась рядом с Артуром, на мгновение перестала слушать регистратора.
Весь мир словно исчез, а остались только мы вдвоем.
Он едва заметно наклонился ко мне, так близко, что я почувствовала тепло его дыхания у своего виска.
— Ты сегодня... невероятно красивая, — прошептал он почти неслышно. — И платье... именно такое, каким я почему-то тебя представлял, ты прекрасна.
У меня предательски перехватило дыхание. Я почувствовала, как к щекам приливает тепло.
— Спасибо... — так же тихо ответила я, не решаясь поднять на него глаза.
Если бы кто-то раньше сказал бы, что один шёпот этого мужчины сможет заставить меня смутиться сильнее, чем сотня комплиментов других мужчин, я бы только рассмеялась, а сейчас сердце стучало так громко, что, казалось, его слышали все гости.