Я должна была почувствовать удовлетворение: вот, поймала, признал. Вместо этого стало только больнее.
— Тогда мне больше нечего у тебя спрашивать.
Я взялась за ручку двери.
Артур сделал шаг, но остановился сам. Стоял на полшага позади, и я спиной чувствовала, как он удерживает это «не вмешивайся» всем телом.
— Куда ты поедешь?
— К человеку, который не врёт мне ради моего же блага.
— К Кате?
— Не твоё дело.
Он кивнул.
— Хорошо.
Это «хорошо» почти добило.
Потому что в нём не было ни облегчения, ни «наконец-то», ни «возвращайся». Просто отпускание. Тихое, без хлопка двери, без поджатых губ. Как будто человек, стоящий за моей спиной, действительно считал, что мне сейчас лучше уйти, чем остаться.
И это было почему-то хуже, чем если бы он попросил остаться.
Я вышла.
Плакать буду потом. Сейчас нужно было уйти.
От отца, который оказался здоров и назвал мою боль драмой. От Артура, который знал достаточно, чтобы быть виноватым. От Влада, которого уже не было рядом и, наверное, никогда по-настоящему не было.
На первом этаже двери лифта разъехались.
Я вышла в холл, достала телефон и набрала Катю.
Пальцы дрожали так сильно, что я попала не по той букве и сбросила вызов. Набрала снова.
— Агата? — голос Кати был сонный, тёплый, сразу живой. — Ты где?
— Забери меня, — сказала я.
Голос сел, но я не стала его поднимать.
— Я к тебе. Я ухожу от всех.
Пауза длилась секунду.
—Я жду тебя, приезжай.
Вот и всё.
Без вопросов. Без «что случилось». Без «я же говорила». Просто: я жду.
Я скинула адрес, вышла на улицу и подняла руку, ловя такси.
Я села на заднее сиденье такси и закрыла глаза от усталости.
Где-то за спиной остался сороковой этаж, чёрно-белая кухня и омлет, который я так и не доела. Где-то далеко отец стоял в лесу с собаками и, наверное, был уверен, что я остыну и приму правильное решение.
А я ехала к Кате. у меня не было планов, не было решений. Я ехала без понимания того, что ждет меня завтра.
Глава 7
Глава 7
Такси остановилось у Катиного дома.
У меня даже вещей не было.
Ни ключа от дома, ни банковской карты, которую отец не мог бы заблокировать, ни налички, ни нормальной одежды. Даже у бомжа под забором было больше вещей, чем у меня.
— Девушка? — осторожно сказал водитель.
— Да. Спасибо.
Я расплатилась наличными, которые наскребла в кармане клатча. Смешно. Моя финансовая независимость начиналась с мятых купюр и чужого подъезда.
Код от двери Катя диктовала мне раз десять. Каждый раз я забывала, а она смеялась: «Агата, ты инопланетянин». Сейчас пальцы сами набрали цифры с первого раза.
Лифта в доме не было.
Пятый этаж. Сырой подъезд, кошачий запах, облупленные перила. На третьем пролёте меня затрясло. Тело наконец поняло, что бежать больше не надо, и решило развалиться прямо на лестнице.