Я почувствовала, как Артур обнял меня за плечи. Я прижалась к нему. А наша дочь продолжала что-то увлечённо рассказывать дедушке про собак, которых мы спасли на этой неделе.
Я посмотрела на Артура. Он улыбнулся мне и крепче обнял за плечи. Мысли улетели в прошлое, в то время, когда я думала, что он просто человек, которого отец приставил ко мне, чтобы следить за каждым моим шагом.
Мой личный охранник. Мой надзиратель. Мой цербер.
А потом именно он стал человеком, рядом с которым я впервые почувствовала себя по-настоящему свободной.
Когда-то я боялась человека, которого называла своим цербером.
— Любишь своего цербера? — выдернул меня из мыслей Артур.
Я посмотрела на своего мужа и улыбнулась.
— Люблю, конечно. Но, Артур, ты вообще на себя посмотри. Ну какой ты цербер? Ты же наш ми-ми-ми.
Он рассмеялся.
— Это ещё почему? — он наигранно упёр руки в бока и возмущённо вскинул брови.
— Потому что Вероника из тебя верёвки вьёт. Ты весь плывёшь, стоит ей только улыбнуться.
Артур покачал головой, но спорить не стал.
— Да уж… ми-ми-ми, — протянул он с притворным недовольством. — Откормила ты меня. Вот и получился ми-ми-ми.
Я рассмеялась и покачала головой.
— Знаешь, я всё время думала, что цербер — это ты.
Артур посмотрел на меня с улыбкой.
— А теперь?
— А теперь поняла, что всё это время настоящим цербером был мой отец.
На несколько секунд повисла тишина.
— Ну что ж, — продолжила я, улыбнувшись. — Пусть теперь этот цербер тоже перевоспитается под чарами нашей маленькой принцессы.
Артур посмотрел на Веронику, а потом снова на меня.
— Думаю, у неё получится.
Мы оба рассмеялись.
И я вдруг подумала, что когда-то слово «цербер» казалось мне синонимом страха, а теперь оно стало частью нашей семьи, нашей истории.
Нашей любви. С Артуром я получила гораздо больше, чем могла представить.
Мужчину, которого полюбила, дочь, ради которой когда-то так отчаянно боролась. Дом, в котором больше не было страха. И семью. Свою собственную.
Ту, которую я выбрала сама. И которую теперь никто не мог у меня отнять.