Хогарт рассказал о своём подозрении: Миха Зайиц может быть одним из двух убийц. В конце концов, первой жертвой была его мать; он левша, а его ортопедический ботинок мог соответствовать следу на месте преступления. К тому же насилие со стороны отца происходило каждый первый понедельник месяца, а убийства совершались в первый день каждого месяца.

— Мы знаем, что Миха Зайиц любит немые фильмы и буквально помешан на киномузыке Ландсбергера, — торопливо продолжал Хогарт. — «Голем» — немецкий фильм; старший брат Михи говорит по-немецки; отец работает в немецком посольстве; убийцы используют немецкие сокращения, которые вырезают на телах. Кроме того, в доме доктора Зайица стоит жуткая статуя Голема, а ещё шахматная доска с фигурами из обожжённой глины.

Ивона и Веселы посмотрели на Хогарта с явным сомнением.

— Я знаю, всё это просто куча разрозненных нитей, — сказал он, словно оправдываясь. — Но я уверен: где-то они сходятся.

Мысли у него понеслись вскачь:шахматы, Голем, музыка, глина, косолапость Михи, немецкие сокращения… Отдельные куски головоломки лежали перед внутренним взором, но Хогарт ещё не понимал, как они соединяются и какая картина из них сложится.

Он повернулся к Веселы.

— Ваш сын ведь сказал, что это может быть фиктивная партия из музыки или литературы… Возможно, этот фильм — ключ ко всему. Что это за Голем?

— Я с удовольствием расскажу, но боюсь, фильм не имеет к шахматам никакого отношения.

Веселы остановился возле ивы, чтобы набить трубку. Он несколько раз затянулся, и вскоре вокруг него разлился сладковатый мятный запах. Потом, глядя на свинцово-серую реку, несущую мимо ветви и деревянные брусья, начал рассказывать.

— На рассвете 1580 года — так говорит легенда — рабби Лёв встретился с тремя мужчинами в пражском гетто. Они отправились к глиняному карьеру на Влтаве, за городом, чтобы совершить каббалистическое заклятие.

— Сначала они размесили глину и вылепили двухметровую фигуру, придав ей человеческие черты. Потом рабби и трое его помощников семь раз обошли эту массу против часовой стрелки, произнося тайные заклинания. Скульптура начала парить, дымиться. Она раскалилась, будто попала в огонь. На ней образовалась глазурь — защитная кожа.

— Глиняная фигура стала влажной, из неё пошёл пар. У неё выросли волосы и ногти. Когда масса остыла, рабби вложил чудовищу в рот пергаментный свиток, на котором было написано имя Бога — то самое, которое верующим евреям запрещено произносить. Существо начало медленно шевелить пальцами.

— Тогда рабби Лёв и его помощники у ног чудовища произнесли слова из истории Сотворения: «И вдунул Бог в лицо его дыхание жизни, и человек ожил». Создание открыло глаза — и Голем вошёл в мир.