— Полчаса, как пить дать, сэкономили! — похвастался он. — А то и весь час. Этот путь мало кто знает, все в обход едут. А я тут в округе каждый кустик, как свои пять пальцев…
То-то мы чуть было не увязли. Сэкономили бы сейчас… пока нашли бы помощь, пока вытащили бы полуторку, многие наши подопечные успели бы отдать богу душу. Но вслух сомневаться в способностях водилы я не стал. Высадить — не высадит, но запомнит не с лучшей стороны, и, при случае, обязательно расскажет про наглого попутчика.
Тем временем лесок кончился, и впереди, у холма я заметил лагерь.
— Полевой госпиталь, — пояснил водила, — почти на месте…
Но по факту до госпиталя мы добирались еще с полчаса, все же пару раз увязнув в грязи, и с огромным трудом, убивая мотор подчистую, доехали до места.
К нам подбежали несколько санитарок.
— Носилки тащите, девки! — приказал водитель. — Тяжелораненые у нас…
Потом мы одного за другим вытаскивали раненых из кузова и несли их до указанных сестрами медицинских палаток. Я видел, что все вокруг просто забито бойцами, многие из которых были неходячими, и понимал, что нашими подопечными займутся не сразу. Зря, получается, мы так спешили… нет, не зря! Каждая минута может стоить чьей-то жизни!
Наконец, последний раненый был уложен на выделенное место. Я вышел на свежий морозный воздух и вытер пот со лба.
— Дима? — знакомый девичий голос раздался совсем рядом. — Это, правда, ты?
Я повернулся и увидел Настасью Павловну, с сомнением во взгляде осматривающую меня. Одета она была в гимнастерку цвета хаки, шерстяную юбку, сапоги и шинель, небрежно наброшенную на плечи. На поясе была пристегнута кобура, а на шинели зеленели погоны лейтенанта медицинской службы.
Вот тебе и спрятался, называется. Отпираться было бесполезно, да и зачем?
— Да, Настя… хм… товарищ лейтенант, это я, собственной персоной. Давненько не виделись…
Глава 21
Разговор у нас сразу не задался.
Настя сильно изменилась за то время, что я ее не видел. Не было больше той слегка мечтательной, часто задумчивой и даже печальной девушки, добровольцем сбежавшей на фронт вопреки прямому запрету и недоверию начальства. Сейчас передо мной стояла девушка-боец, делом доказавшая свою ценность и преданность.
Да и фигура ее стала чуть более стройной, подтянутой. Я видел, что тело ее в прекрасной физической форме и мышцы в тонусе. Никакой спортзал не дает организму такой нагрузки, как работа в полевых условиях в медсанчасти. Наверняка, ей приходилось и раненых бойцов на себе таскать, и прочие тяжести — мужских рук, как обычно, катастрофически не хватало.