— Не волнуйтесь, мы сделаем все, чтобы ваше имя нигде не было упомянуто. Вы здесь инкогнито. И тому есть причины!
— Какие же? — кажется, дело, наконец, начало принимать конкретный оборот.
— У меня есть к вам предложение… — Флеминг чуть замялся, словно раздумывая, говорить ли сейчас или немного погодить. В итоге, он выбрал второе: — Как вы себя чувствуете?
— Прекрасно! — ничуть не покривил я душой. — Готов выписаться из этой богадельни сию секунду!
— У вашего организма изумительные природные качества, — нисколько не удивился моему ответу англичанин. — Я заметил это еще во время операции. Ткань зарастала неимоверно быстро, практически сразу после надреза… так что, если вы готовы выписаться, это можно устроить. А потом мы пройдемся по городу. Ведь вам, наверняка, интересно посмотреть округу? Что скажете?
— Мне нужна одежда, — пожал я плечами, проигнорировав его замечание касательно регенерации. — Боюсь, в пижаме и тапочках я не могу появиться на улицах этого города. Кстати, куда вы меня притащили, позвольте узнать?
— Вы в Лондоне, сэр!
Глава 2
Через час мне принесли одежду: костюм-тройку, рубашку в тонкую полоску, черное кашемировое пальто, шляпу, галстук, перчатки, туфли и разные мелочи. Конечно, нижнее белье, носки, подтяжки. А так же тазик с теплой водой, полотенце и умывальные принадлежности: помазок, крем для бритья, небольшое зеркало и раскладную опасную бритву фирмы «Josef Elliot».
Моего соседа в палату так и не вернули, и я некоторое время наслаждался одиночеством.
Признаться, когда я подходил к поставленному на столик зеркалу, то испытывал некое внутреннее смущение. Уродом быть мне не хотелось, а чего еще стоило ждать после того, как обгорел, словно шашлык, приготовленный неумелой рукой? К тому же я нес ответственность перед Димкой — он был еще так молод, только начинал жить, и стать в таком возрасте монстром, при виде которого будут плакать от страха дети, совершенно не хотелось.
Но… мы предполагаем, а судьба располагает.
Глубоко вздохнув, я взглянул на свое отражение. Коросты, которыми была покрыта моя голова некоторое время назад, уже отвалились, и теперь кожа была молодой и розовой, как у поросенка. Сгоревшие волосы начали стремительно отрастать, и щетина оказалась на удивление густой. В целом, все было куда лучше, чем я себе представлял, но пока еще выглядел я весьма странно. Ничего, через несколько дней ситуация наладится, организм справится и с этим испытанием.
Я с облегчением выдохнул воздух и приступил к бритью. На мгновение подумал, а не оставить ли хотя бы щетину — буду выглядеть старше, но потом решительно намазал лицо кремом и выбрился до синевы. После чего оделся в принесенные вещи, застегнул запонки, прицепил золотой зажим для галстука в виде изогнутой два раза молнии и еще раз оглядел себя в зеркало.