— И чем же ВЫ, — он выделил это слово, — можете быть мне полезны?
— Я сообщу своему руководству, что доставить «Парадигму» в Советский Союз было вашей идеей. И что операцию спланировали и провели вы лично. А дальше… крутитесь сами, за такой, как у нас говорят, царский подарок, можно получить множество преференций. Решайтесь, это единственное, что я могу вам предложить.
Ян надолго задумался.
— Можно, я сверну ему шею? — кровожадно попросил О’Хара. — А Турок мне подсобит!
— Я бы не советовал тебе, Кормак, связываться с этим человеком и, тем более, злоумышлять против него, — крайне серьезно ответил коммандер, потом обратился ко мне: — Вы многого не знаете и не понимаете, господин Иванов. И в этом ваше счастье, но, возможно, и ваша главная ошибка. Я мог бы рассказать вам… но не имею права. Теперь поговорим о вашем предложении. Взамен, вы, вероятно, хотите, чтобы мы помогли управлять субмариной? Уверен, при ваших талантах, бывшего капитана этой посудины вы уже перетащили на свою сторону. Что же, не буду искушать судьбу, она и так преподнесла мне множество сюрпризов. Итак, вы уже определились, в какую именно сторону мы отправимся?..
— Да! — решительно кивнул я, выбрав окончательно. — Наша цель — Кронштадт!
Глава 10
Как выжить в ситуации, когда ты находишься в замкнутом пространстве под толщей воды, на большой океанской немецкой подводной лодке класса IX-D2, а вокруг одни враги, готовые в любую секунду всадить нож в спину или, по простому, свернуть шею, едва зазеваешься или расслабишься хоть на мгновение?
Очень просто — не спать! Постоянно бдить и семь на двадцать четыре быть, что называется, начеку.
Если бы мне кто-то раньше сказал, что я способен на подобное, я бы в лучшем случае покрутил пальцем у виска, мол, не стоит издеваться, ведь это не в силах обычного человека. Теперь же я волей-неволей убедился в обратном и понял, что скрытые резервы организма совершенно не изучены и поражают воображение. Казалось бы, уже должен привыкнуть, что жизнь в теле Димки постоянно преподносит мне сюрпризы, но, как ребенок, вновь и вновь изумлялся каждому новому случаю.
И все это время мне приходилось непрестанно лавировать, как тому кораблю из скороговорки. И чтобы «вылавировать», нужно было умудряться сохранять баланс между тремя — нет, даже четырьмя группами на борта. Впрочем, я более-менее разобрался с этим вопросом.
К первой группе я без лишней скромности относил себя самого. Мой интерес — это выжить и доставить субмарину в Кронштадт. Вторая группа — британцы. С ними все понятно, их планы не изменились — кодовые книги, шифровальный аппарат, подводная лодка и Лондон. Да, разве что с их стороны прибавилось одно желание — прикончить меня. Особенно активно это показывал О’Хара, который, несмотря на предупреждение Флеминга, каждый раз при виде меня строил злобное выражение лица, проводил большим пальцем себе по горлу и всячески демонстрировал презрение и агрессию. Пусть его. Виртуальный ножик он может точить сколько угодно, но если я почувствую реальную угрозу, то прикончу ирландца реальным ножом, выкованным златоустовскими мастерами. Прикончу не без сожалений, но рука моя не дрогнет.