Его подчинённые только того и ждали.

— Знаешь меня? — буркнул алайцу Имэ, когда дверь закрылась. — Дай старшего!

Он часто имел дело с алайцами. Напасть на «Патти» с ними было бы проще, но фатх неожиданно отказался, за что и получил по заслугам.

Паутина — коварная штука. Никого не жалеет.

Имэ не важно было, как она отомстила крокодилу, не пожелавшему сотрудничать с ним. Какая разница, убит он или уволен?

Зато теперь у алайцев был новый непуганый фатх. Если и он не будет сговорчивым…

Голограмма обновилась, но это был всё тот же дежурный.

— Я не могу связаться с господином фатхом, — сообщил он. — Господин ещё в дороге. Он прибудет утром.

— А связь мне нужна сейчас! — рявкнул Имэ. — Ты можешь связать меня с другом на Асконе?

— А какова будет плата? — нахально поинтересовался дежурный.

— Информация. Очень ценная.

— А я могу указать конкретную информацию для оплаты? — оживился юный крокодил.

— Рискни, — усмехнулся Имэ.

— Нам нужна осквернительница. — Голограмма расширилась и показала рыжую девушку, которую Имэ сразу узнал. — Эта самка осквернила религиозную церемонию в торгпредстве и как в воду канула. Мы знаем, что она из Союза. Фатх прибудет на Карусель, чтобы лично поймать её.

Имэ прикрыл глаза.

Он был не только силён в паутине, но и очень неглуп.

Вот, значит, как: рыжая Настя сбежала от отца, чтобы обтяпать собственные делишки в алайском торгпредстве. Крокодилов хотела обуть.

Значит, на Асконе девчонки нет, алайцы там уже всё перевернули. Нет её и на Ставках, её катер не вернулся на базу. Так где же она?

Ватажники бежали в спешке, им удалось затеряться среди местного орбитального транспорта. А что если провезло не всем?

Но к кому же обратиться, чтобы выяснить это? В таможню?

(Размышляя, Имэ смотрел на реакцию линий).

Нет, таможня тут не годится. Неужели алайцы не купили бы асконских таможенников с потрохами? А кого они не смогли бы купить?

Имэ вспомнил, что на орбите Асконы всё ещё кружит проклятая «Персефона». Её пилоты догнали бы и Потапа, знай они хотя бы примерно, кого ловить. А уж подкупить их алайцы не стали бы даже пробовать. Они боготворили «мёртвого капитана».

Имэ задумался, перебирая в голове контакты. Пока не вспомнил про одного забавного доктора.

Личный номер доктора был ему неизвестен, но существовала Лига врачей, а имперец имел когда-то несчастье учиться в Содружестве.

— Свяжи меня с лигой врачей на Асконе, — велел наконец Имэ алайцу. — И тогда я найду твою осквернительницу.

Опальный бывший регент прикрыл глаза, вглядываясь в линии и вспоминая лицо дочки Потапа. Кивнул сам себе: принятое решение было верным.