Если Настя в плену на «Персефоне» — доктор об этом знает. А ещё он знает, сколько проторчит на орбите этот мерзкий крейсер.

Дежурному в Лиге врачей сегодня не повезло — он оказался человеком. Будь там автомат, Имэ пришлось бы повозиться с запросом.

Поработить волю человека гораздо проще. Имэ быстро скрутил дежурного в бараний рог, и получил личный контакт доктора Эмери, который вообще-то никому не положено было предоставлять.

Алаец, уже сообразивший, что к чему, тут же связал его с доктором.

И через пару минут Имэ выяснил, что катер Потапа действительно перехватили пилоты с «Персефоны». Но капитан катера бежал из медотсека, а потом и с крейсера.

Наверно, рванул домой. Информатор был уверен, что на корабле его нет.

— А где рыжая девушка, что была с ним? — спросил Имэ.

— Такую ко мне в медотсек не приводили, — удивился доктор.

— Но разве не со всех пленников положено собирать анамнез?

Доктор хмыкнул, открыл медицинский журнал и стал рыться в файлах.

— А вы долго тут простоите? — задал Имэ самый важный вопрос, видя, что медик сейчас отвлечён и плохо себя контролирует.

Есть вопросы, которых нельзя задавать военным, но Имэ хорошо знал людей. И мог добиться своего и без психического насилия.

— Да кто бы знал, сколько мы тут ещё проторчим, — начал Эмери, сосредоточенный на медицинском журнале. — Думаю, не меньше универсального месяца…

И тут разговор прервали.

Имэ выругался про себя, когда увидел за спиной доктора Эмери высокую плечистую фигуру.

Как бы убрать уже этого неугомонного капитана?

Чует чужих, как собака. Хорошо, что учителей ему так и не нашлось!

— Так что с рыжей ведьмой? — спросил алаец, который не понял, чем закончился разговор.

— Мой информатор узнает, куда она делась, — пообещал ему Имэ и прищурился: линии разбушевались не на шутку. — Завтра, — решил он. — Мы поговорим с ним завтра. Хватит тебе пока трупа капитана катера. Он сбежал и летит сюда. Думаю, ты легко сумеешь его засечь, если начнёшь отслеживать перемещения на ближних развязках. А сейчас… свяжи-ка меня с Дайгом Маасом из Совета Домов!

Крокодил навострил уши, увидев на головидео известного политика. Но тут алайцу уже ничего не обломилось в плане информации.

У аристократов на такие случаи имеется особый эзопов язык. И дежурный подслушал, но не сумел понять, о чём говорили эти двое.

Потап

Дела, как и подозревал Потап, плотно заняли его до самого вечера.

Слишком много парней пострадало, нужно было решать с медицинскими компенсациями и призовыми выплатами для тех, кто сумел отличиться. И торговаться с боевиками, чтобы не разбежались.