Ниса Софиас и нис Вриений первым делом вели императора к отведённым ему покоям. По пути по знаку ниса Никифора Вриения слуги тихо отводили людей императора в предназначенные им комнаты, так что на второй этаж, где предстояло жить императору, его, не считая охраны, сопровождал только Филип и я. Это ослабило мой самоконтроль. Если бы с нами по-прежнему шли мерарх Комин и другие офицеры и придворные, я, наверно, смогла бы сдержаться, когда ниса Софиас заявила у самых дверей императорских покоев:
– Ваше Императорское Величество, мне очень жаль, но комната для нисы Эвелин в этом крыле пока не готова. Нис Никифор сейчас же займётся её подготовкой, как только вы определите, какая больше подходит. А пока я могла бы проводить нису Эвелин в свою комнату, чтобы она могла отдохнуть с дороги. Меня на время вашего пребывания во дворце поселили на входе в Восточное крыло, чтобы я могла в любой момент помочь гостям.
– Нет, – ожидаемо ответил Дамиан. – Ниса Эвелин может отдохнуть у меня. Уверен, выделенные мне покои не ограничиваются одной спальней, так что место для нисы найдётся. Можете не затрудняться, нис Никифор.
– Нет! Пусть затрудняется! – не сдержалась я. – Мне, как вашей придворной даме, полагается отдельная комната. И я намерена ею воспользоваться!
– Прямо этой же ночью! – сверкнул на меня глазами Дамиан.
– Разумеется! – не стала отступать я. – После долгой дороги мне требуется отдых. Сегодня я не расположена к чтению! В горле пересохло!
– Филип, помоги нису Никифору выбрать комнату для моей чтицы! – не сводя с меня раздражённого взгляда, приказал император. – Ниса Софиас, распорядитесь, чтобы служанка нисы Эвелин пришла сюда и помогла госпоже. А мы с нисой Эвелин пока обсудим, что она мне почитает сегодня вечером.
Он так толкнул дверь в отведённые ему покои, что на миг мне показалось – она сейчас вылетит. В распахнувшийся проём первой скользнула серая тень – кто-то из оборотней. Он стремительно обежал открывшуюся нам пустую гостиную и скрылся в спальне.
Это не то чтобы пригасило мою злость, но напомнило, что передо мной не мой муж, а император. И ругаться с ним на глазах у придворных, тем более не его, а герцога, не самая лучшая идея.
Видимо, чувствуя наше с Дамианом нетерпение, оборотень проверил спальню так же быстро, как и гостиную. И скоро серой стремительной тенью проскочил мимо нас вновь в коридор. Только после этого Дамиан вошёл внутрь и, ухватив за руку, втянул в комнату и меня. После чего захлопнул дверь, отсекая нас от старательно изображавших слепо-глухонемых гвардейцев и прочих сопровождающих.