– Я – император Рихантии Дамиан Дагронис, и надеюсь, что вы, нис, окажете гостеприимство мне и моим спутникам.
Дамиан произнёс это спокойно и даже любезно, но эпарх рухнул на колени, а в коридоре за его спиной послышался вскрик и звук падения тела.
– Конечно, Ваше Императорское Величество, – говорил он, беспрерывно кланяясь. – Это большая честь для меня! Для всех нас! Принимать вас в своём доме! Это честь! Я так счастлив!
– Что же, тогда прикажите слугам проводить нас в наши комнаты. Мне надо освежиться с дороги. Сопровождающую меня нису поселите в комнате, смежной с моей.
– Конечно, конечно! Я сей же час распоряжусь!
– И ещё одно. Чтобы не было недоразумений... Хочу предупредить вас, что если кто-то в вашем доме посмеет огорчить сопровождающую меня нису Эвелин, то вы лишитесь этого дворца и должности эпарха. А если ниса, не приведи духи-покровители, пострадает, заработав хотя бы царапину, то я разнесу весь ваш город по камушку.
Не знаю, почувствовал ли эпарх магический всплеск, или его впечатлили сверкнувшие жёлтым глаза императора, но за всё время моего пребывания в его доме со мной обращались как с принцессой, предугадывая все мои желания, а я так устала, что не испытывала ни стыда, ни смущения от того, что Дамиан так ясно обозначил моё положение при нём.
Возможность принять горячую ванну и не бояться столкнуться с грубостью, пусть даже из страха перед императором, оказались слишком большим соблазном, чтобы от них отказаться ради сохранения остатков гордости.
Глава 13
Резкий контраст между холодом и прочими трудностями дневного военного перехода и комфортом дворца сыграли с моим организмом злую шутку. Уже в тёплой ванне меня расслабило так, что горничной пришлось следить за тем, чтобы я, заснув, не утонула.
После ванны, из которой мне помогли выбраться, меня ждал расслабляющий массаж, снимавший напряжение с утомлённых верховой ездой мышц. И вот тут, под умелыми руками служанки, вдыхая нежный аромат розового масла, я окончательно погрузилась в сон, вырвать из которого меня не смогли даже призывы к ужину. Мне смутно чудилось сквозь сон, что меня куда-то несут, но, опознав в носильщике Дамиана, организм счёл, что опасности нет, и пробуждаться отказался.
Проснулась я, вполне ожидаемо, в спальне Дамиана, и императорская длань тяжело придавливала моё бедро, а моя спина ощущала жар, исходящий от его тела. Мои попытки изменить позу привели лишь к тому, что я была ещё плотнее прижата к нему. При этом Дамиан не проснулся, так что говорить что-то было бесполезно. Стоило подождать, пока он или проснётся, или уснёт крепче, и тогда предпринять ещё одну попытку покинуть постель.