– Наверно, мне всё же лучше уйти, – попыталась приподняться со шкур я.
– Нет! – схватил меня за руку Дамиан. – Сейчас останься. Моя сила волнуется. Я могу не сдержаться...
Я снова присела рядом. Чувствовала, что он говорит не о влечении, а о магии, и решила пошутить, чтобы избавиться от тревожного напряжения, повисшего между нами.
– И что такого необыкновенного случится, если ты не сдержишься? Что-то отличное от того, что было вчера ночью?
Мне нестерпимо захотелось поцеловать его крепко сомкнутые губы, и я не стала бороться с этим желанием. Подалась к нему и поцеловала. В первый миг он не ответил, и мой язык попробовал взломать эту крепость. И уже через два удара сердца штурмуемой крепостью почувствовала себя я.
Волны жара и холода, что окатывали меня перед этим, обжигающим пламенем взорвались внутри, заставляя кипеть кровь и выжигая все мысли. Оставляя одно желание - стать с Дамианом одним целым.
Глава 12
Когда огненный смерч страсти, круживший и сжигавший нас, завершился ослепительной вспышкой, моё сознание приготовилось уплыть в тёплую темноту сна, ведь я была не в состоянии пошевелить даже ресницами. Потому на обращённое ко мне “Эви”, я предпочла не среагировать.
– Эви! Эви! – стиснул мои плечи Дамиан.
Неужели у него ещё остались силы на что-то? Проверять это решительно не хотелось, и я предпочла остаться расслабленной в крепких объятиях, никак не откликаясь на зов.
– Эви, ты жива?
Искренний, неподдельный страх в голосе Дамиана всё же заставил меня открыть глаза.
– Не хочу задеть твоё самолюбие, но ты себя явно переоцениваешь. Конечно же, я жива. Хотя и обессилена. Даже говорю с трудом.
Последнее я добавила как намёк, что на продолжение Ламиан может не рассчитывать. И увидела, как облегчение на его лице вновь сменилось тревогой.
– Тебе плохо, Эви? Я причинил тебе боль?
Пришлось собрать остатки сил и поднять руку, чтобы погладить его лицо.
– Дурачок, мне хорошо. Никогда раньше мне не было так хорошо.
Дамиан наконец упал на подушку рядом и подтянул меня к себе поближе.
– Я испугался... Я и так после всего не вполне подчинил себе магию Древней крови, а с тобой и вовсе потерял на время способность думать. Испугался, что получится как в той песне, что ты мне пела.
– Какой? – не сразу вспомнила я.
– Про чёрного дракона и белую птицу.
– А, эту... Из которой помню только один куплет. А разве та история страшная? Мне смутно помнится, что нет. Напомни, что там.
– Я её хорошо помню. Бабушка её часто пела. Там дракон влюбился в птичку и, чтобы не пугать её, тоже обернулся птицей, спрятав дракона внутри.