Примечание: Я добавил гончим по две дополнительные лапы и пришил еще пару голов. У опытных образцов передняя часть перевешивала и мешала псинам маневрировать, но я нашёл выход. Теперь у каждой из пришитых голов есть свой позвоночный столб, выходящий из тазобедренного сустава. В беговой фазе дополнительные головы лежат на хребте, не мешая передвигаться, а в боевой гончая хоть и теряет подвижность, но заметно прибавляет в уроне.

О сферы, как же я хорош в своем искусстве!'

Я и Блик спешили к сфере. Дворики и переулки смешались в один сплошной лабиринт, и мы только и успевали поворачивать под короткие команды Зэра:

— Налево, направо, направо теперь вперёд и до ювелирной лавки и снова направо!

То и дело тень императора, оглядываясь, поднималась высоко над домами, возвращалась и быстрыми короткими фразами указывала нам, куда бежать. Зэр явно видел там что-то, что искало нас и шло по следу; что-то или кого-то, с кем мне и Блику лучше было пока не сталкиваться.

Для меня оставалось загадкой, как Зэр так хорошо ориентируется в городе, хотя, возможно, ему были доступны прижизненные знания его теневых солдат. Памятуя, что мы с ним всё равно в одной лодке, я доверился его чутью.

Наконец в воздухе запахло чем-то кроме тухлятины и гари, и учитель облегченно произнес:

— Стой! Вот дверь, за ней сфера…

Я взглянул на серую, ничем не примечательную стену здания, в которой и вправду виднелась дверь. Только вот чтобы прикоснуться к ее бронзовой ручке, нужно было спуститься по лестнице в углубление, будто бы этот дом уже построили так, что его первый этаж частично находился под землёй.

— Шут, стой тут! — приказал император и взглянул на меня. — Райс, это сфера с этическим испытанием наподобие той, в которой тебя посвятили…

— Понял, — ответил я, не дослушав, спрыгнул в углубление, минуя лестничные ступени, почти к самой двери и уже хотел было потянуться к ручке, как…

Тут стояла ночь — тихая лозингарскя ночь с редкими запоздалыми прохожими и жизнью, которой вне сферы больше не было. Сам дом будто вырос. Исчезла ведущая вниз лесенка, и теперь я стоял напротив той самой дверцы, за которой слышались голоса, весёлый смех и громкий стук, подобный ударам кружек по столу, который издают подвыпившие завсегдатаи питейных заведений.

Я осмотрел себя. На мне была летняя легкая одежда. Артефакты, костяные саи и бронзовые кольца, как часто бывает в сферах, были видны и находились на своих местах: кольца на пальцах, а оружие, как и положено, в нагрудной разгрузке. В этой сфере не действовали законы о запретах на ношение. Возможно даже, тут их никогда и не было, так как она родилась задолго до законов или умышленно их игнорировала. Впрочем, это было немудрено для сферы, где проходят посвящение в воры и убийцы.