Он встал, опираясь на воткнутый в стол кривой короткий нож. Казалось, что он не прикладывал никаких усилий, а сталь сама собой провернулась в столешнице, да так, что древесина пошла глубокой и длинной трещиной, почти мгновенно пересекшей стол.

— Победишь меня — будет тебе еда.

— А если нет? — спросил я, прекрасно понимая, что это предложение, от которого нельзя отказаться.

— А если нет… Ну, кто знает.

За столом одобрительно загудели, и на хмельных лицах разбойников появились широкие улыбки в предвкушении зрелища.

— Глаз! Глаз! Глаз! — закричали они, стуча кружками и кулаками о дрожащее дерево расколотого стола.

— Давай начнём. Или ты уже раздумал есть? — осклабился Глаз. — Ударь меня, если сможешь.

Дело оборачивалось паршиво, но, понимая, что отступать поздно, я широко шагнул к разбойнику и бросил размашистый удар сбоку. Однако мой кулак только рассек воздух, а главарь, даже не защищаясь, просто убрал руки за спину, легко поднырнув под мой хук.

— Е-е-е! — раздался громкий крик пьяного сброда.

Я хотел было нанести новый удар, как вдруг боковым зрением заметил какое-то движение и, резко обернувшись, встретился взглядом со скалящимся противником. Его улыбка, обнажающая редкие и гнилые зубы, была зловещей, и ощущение опасности накрыло меня с головой. Размахнувшись в надежде зацепить бандита, я не подумал об инерции и, закрутившись, едва смог восстановить положение, но мои усилия были напрасны. Глаз лишь лениво отошел в сторону, высокомерно глядя на мои жалкие потуги.

Я размахнулся еще раз. Казалось, ещё немного — и я смогу достать самоуверенного разбойника, но мои надежды раз за разом разбивались в прах. Как боец он находился на гораздо более высоком уровне и сильно отличался от тех раздолбаев из переулка.

«Будь что будет!» — подумал я и применил крайнюю меру — пинок в пах. В ответ бандит просто выставил ладонь, и моя правая нога будто врезалась в металлическую конструкцию.

— Твою!.. — вырвалось у меня. Я отпрянул, подволакивая ногу, которая, казалось, была готова сломаться пополам подобно разрушенному ранее столу.

— А парень-то у нас игрок! — развел руками Глаз, оглядывая своих бандитов. — А игроки что получают? Правильно! Всё или ничего!

— Вбей его в землю по шею, Глаз! — закричали бандиты.

— Слышишь? Это всё тебе! Вот твоя еда, жри!

В глазах потемнело, а время замедлилось. Казалось, кулак Глаза, окутанный дымкой тумана, хочет пронзить меня насквозь, наматывая на грязные костяшки мои внутренности. Каким-то странным образом я повис в воздухе, внутри живота что-то треснуло и зазвенело сотней маленьких колокольчиков. Меня окутало облаком пыли, и тело, будто деревянная кукла, упало на землю.