Лоренцо Вайлдфайр. Старый знакомый, и далеко не самый приятный.
Глава 18 Игра на поражение
Ксавий Вельдмар
Я медленно, с почти осязаемой, тяжёлой грацией начал подниматься из-за стола, не сводя глаз с лоснящейся рожи Вайлдфайра. В голове медленно, но верно складывался план о том, как я должен действовать.
Лоренцо всё ещё продолжал смаковать своё превосходство, наслаждаясь тем, как беспомощно цепенеет Алессия под его ледяным, брезгливым взглядом. Он был настолько увлечён собственным триумфом, настолько уверен в своей абсолютной безнаказанности начальника, что даже не сразу обратил внимание на то, как тень от моей фигуры закрыла половину нашего стола.
Одним плавным, размашистым движением я расстегнул фибулу и сбросил с плеч серую грубую дерюгу Нижнего квартала, которую Лесси заставила меня надеть. Простая ткань упала на засаленный пол, открывая миру плотный, безупречный бархат полуночно-синего цвета и глубокое, хищное серебряное шитьё от старика Магнуса. В тусклом свете кабацких факелов серебряные нити вспыхнули так ярко и дерзко, словно я стоял не в прокуренной портовой дыре, а посреди бального зала королевского дворца.
Я расправил плечи, позволяя пятиметровым кожистым крыльям с лёгким, тяжёлым шелестом расправиться за спиной, чуть сдвинув шаткие соседние стулья. Высота моего роста, холёные рога, изысканный крой камзола и бескомпромиссная баронская спесь, впитанная с молоком матери, в один миг преобразили убогий угол «Ржавого киля».
Лоренцо осёкся на полуслове. На его холёном лице на долю секунды мелькнуло истинное, глубокое замешательство. Он мгновенно узнал меня. В его глазах отразился стремительный характер мыслительного процесса: Ксавий Вельдмар. Третий сын барона. Изгой, о гулянках и скандалах которого гудел весь Верхний город. Но сейчас этот изгой стоял перед ним и смотрел на него с таким леденящим превосходством, от которого у мелких дворян обычно подкашивались колени.
— Надо же, какие люди решили посетить трущобы, — произнёс я. Мой голос — глубокий, бархатный, привыкший повелевать на светских раутах — прозвучал над затихшим кабаком с ленивой, смертоносной насмешкой. — Вайлдфайр. А я-то думаю, откуда в этом почтенном заведении так воняет приторно-дешевыми духами и трусостью? А это ты приволок сюда свои холёные рожки.
— Вельдмар?.. — процедил Лоренцо сквозь зубы, мгновенно взяв себя в руки и перехватывая змеиную плеть. В его глазах закипела спесивая ярость. — Какого черта ты здесь делаешь, Ксавий? По столице ходят слухи, что тебя выставили из дома без единого медяка. Неужели ты опустился до того, чтобы сидеть в этой клоаке вместе с уличным мусором?