— Это я-то приличная? Фуфел болтливый! Поиздевайся еще! — яростным шепотом возмутилась Теа.

— Ты уж остановись на чем-нибудь, — пробормотал Квазимодо. — Если неприличная — то не обижайся, если приличная — не ругайся, как барочник многодетный.

Ждать пришлось долго. Зашла хорошенькая девушка с подносом. Испуганно поглядывая на щеку вора, поставила кувшины с пивом и персиковой водой, тарелочки с сыром и орехами. Попятилась к двери. Квазимодо машинально посмотрел вслед и получил ощутимый пинок по ноге.

— Ты что, Теа⁈ Совсем… — Вор проглотил ругательство.

Рыжая смотрела на стену.

Квазимодо потер щеку. Сорвется ведь девчонка. Не привыкла к таким ситуациям.

— Прости, — прошептала рыжая. — Она на Атру похожа. Я боюсь. Не выпустят нас.

Вор в этих мыслях связи не уловил и неуверенно прошептал:

— Я сам боюсь. Только смысл в боязни какой? Ты об окне и прочем полезном думай. Ты за мою спину отвечаешь. Отступление просчитывай. И змея наша покойная здесь ни при чем.

— Эта тоже черная, — возразила Теа.

— Так что, нам теперь от всех брюнеток шарахаться? — удивился вор. — Там внизу охранники-кабаны. Как от них отбиваться будем, думай.

— Дурак. Отбиваться он будет, — непонятно пошипела рыжая.

Дверь распахнулась, вошел мрачный Юрай.

— Что не угощаетесь? Пиво плохое?

— На работе не до баловства. Да и нервничаем немного, — признался Квазимодо.

— А ты бы вымогательством не занимался, — криво улыбнулся купец. — Оно бы для здоровья куда спокойнее.

— Ваша правда, — с готовностью согласился вор. — Неблагодарный труд. Да только какое вымогательство? Ведь я только на ошибки указываю, дабы такой уважаемый человек, как вы, впросак не попал. Ведь королевским кровопивцам чиновным разве что докажешь?

— Ты кровопивец еще почище. Вон какие деньги хапнуть норовишь.

— Крохи! Сущие крохи, — возмутился вор. — Сами знаете. Торговля у вас солидная. Что вам такие гроши?

— Так ты начнешь только. — Купец налил себе пива. — А потом с меня живого не слезете.

Квазимодо покачал головой:

— Ну, вот, только серьезный разговор начали, и опять… Ведь вы посчитали — дней за двадцать уберете огрехи, и кто чего докажет? Ошибочки все равно исправлять нужно. Если мы наткнулись, значит, и королевская мытня рано или поздно додумается. Хоть и неповоротливые они. Нет, мало мы денег берем за такое благое дело.

— Не так уж и мало. — В комнату вошел плешивый дядюшка-счетовод с бумагами. — Что это за ход с Болотной переправой? У нас там все чисто.

— Как чисто? — удивился вор. — Вы что же, такой возможностью не воспользовались? На поверхности лежит. Ну, извините, я не перепроверял даже.