— Отлично! — в восторге захрипел лорд Тром. — Покажи им, что мы с Севера.
Квазимодо вырвал из пирамиды следующую стрелу. Еще влажная после морской воды. Не просушили, лететь будет плохо. Защелкали шестеренки. Квазимодо успел кинуть взгляд по сторонам. Теа замерла с луком. Нога готовил копья. Бонга раздирала зубами мешочек с сигнальным порошком. Только Тварь бесполезно скорчилась у очага. Воины, бегущие со стороны протоки, уже были на этом берегу.
— Башкой не верти! — рявкнул лорд Тром. — Наводи в ту, что вперед вырвалась…
Целясь, Квазимодо прикинул: в каждой долбленке восемь-десять человек. Всего будет… Ой, много! Правда, еще одна лодка почему-то развернулась поперек лагуны. Что-то там у них случилось…
Щелчок…
Полета на этот раз было совсем не разглядеть. Широкий иззубренный наконечник карро просто снес нос лодки, попутно раздробив ноги сидящему впереди гребцу. Лодка не перевернулась, просто зарылась в воду. Там взвыли от боли и ярости. Сущая музыка — куда там флейтам, что так любит рыжая.
— Не зевай. Спокойно, но быстро, — хрипел лорд Тром. — Расписной, следи — твой левый борт.
Нога ответил что-то невразумительное, но выражающее готовность. С десяток вражеских воинов, приблизившихся со стороны протоки, уже оказались в воде не далее чем шагах в пятидесяти от «Высокого».
Над коггом поднимался высокий столб иссиня-черного сигнального дыма. Капитан Кехт наверняка должен заметить сигнал, только поздновато будет.
Теа стреляла не торопясь. Стрел оставалось не так уж много, чтобы рисковать ими. Удалось свалить двух смуглых, правящих лодками. Эти лодки наверняка задержатся с подходом к кораблю. Еще одна стрела насквозь прошила грудь гребцу, но это можно было считать скорее неудачным выстрелом. Пора. Лиска с наполовину опустевшим колчаном перебежала к другому борту. На нее с изумлением уставился татуированный моряк, дружок капитанской шлюхи. У борта выстроился добрый десяток приготовленных им копий.
Натянуть, вскинуть, отпустить… До смешного просто. Люди барахтаются в воде, думают, что идут или плывут быстро. Нет — это стрела с пестрым оперением летит быстро. Теа целилась в голову или горло. Никаких помех. Шестеро скрылись под водой, некоторые даже не барахтаясь. Остальные повернули к берегу. Руки лиски летали неуловимо. Колчан — лук, колчан — лук. Даже свиста не слышно. До песка добрались трое. Один упал на берегу со стрелой в затылке, так и не выпустив из рук копье. Двое кинулись удирать между пальмами. Некогда. Теа развернулась.
— Вот это да! — пробормотал Нога. Сам моряк успел метнуть лишь одно копье.