— Контролировать? Я хочу контролировать свою жизнь, а не быть марионеткой в твоей волчьей сказке! В твоей богатой украшенной клетке! — выплюнула я, чувствуя, как слёзы с новой силой подступают к горлу.

Он вздохнул, словно выпуская из груди весь воздух, и, повернувшись вполоборота, протянул руку, коснулся моей щеки ладонью, невесомо, как если бы считал меня чем-то очень хрупким.

— Тебя ждет не клетка, а целая вселенная чувств, о которых ты даже не догадывалась… Я всегда буду на связи, и ты сможешь найти меня в любом из моих заведений.

Затем Барма отвернулся и отпустил блокировку, а я, словно ужаленная, выскочила из машины. Он все-таки отпустил меня, сдержал слово, хотя мог наплевать на мои желания, просто увести с собой и подчинить.

— Ступай, моя жаждущая свободы птичка. — прошептал он мне вслед. — Небо – это лишь большая клетка, и скоро ты будешь моей.

Поднявшись в свою квартиру, я прислонилась к двери, чувствуя, как дрожат колени. Слова Бармы эхом отдавались в голове, словно вой ветра в пустой трубе. Да, я чувствовала связь. И именно это меня пугало больше всего. Ведь что, если я обречена на вечное противостояние – между разумом и зовом зверя, между свободой и пленом его глаз? В любом случае, как бы то ни было сейчас, я сделала свой выбор и не собиралась что-то менять. Мне противен Барма как человек, хотя он и не человек вовсе, я не могу представить его в качестве своего мужчины и тем более любимого, это просто невозможно.

Приняв прохладный душ, я кое-как успокоилась и решила дать себе несколько дней отдыха. Пользуясь тем, что родители улетели отдыхать, я могла пропустить занятия без зазрения совести. Всё будет хорошо, успокаивала я себя, схожу в кино, поем любимой вкусной еды, отосплюсь как следует и забуду всю эту нелепую историю как глупый розыгрыш.

Так я и поступала следующие три дня. Ходила в кино, в парк на аттракционы, перечитывала любимую книгу, не отвечала ни на звонки, ни на сообщения никому, кроме родителей, спала до обеда и ела всё, что было душе угодно. Казалось, всё плохое померкло, стресс отступал, и я начинала жить привычную жизнь. Но так было лишь три несчастных дня, а затем пришли странные, нагоняющие тоску сны.

Волк Бармы стал приходить в мои сны, звать меня, рассказывать о своей тоске, я мучилась, не зная, как мне избавиться от этой связи, от этого проклятого оборотня. Как итог, я пропустила всю неделю занятий, но с этим нужно было что-то делать, поэтому в понедельник я все же заставила себя пойти в университет, жутко злая и невыспавшаяся. И если я думала, что нахождение в обществе людей меня взбодрит, то я очень сильно ошиблась. Потому что, как я и думала, Олеська превратилась в моего злейшего врага, еще и Петьку перетащила на свою сторону. На меня со всех сторон посыпался шквал издевок, насмешек и тотальный игнор, под конец пятого учебного дня я почти начала верить в то, что меня не существует или что я просто никчемное существо, недостойное внимания.