Она смотрела на меня так, будто пыталась сквозь слова разглядеть правду.

— Но как? — прошептала она. — У нас ничего нет… тут всё сырое.

Я начал лихорадочно соображать и тут же нашёл решение.

— Петя, скидывай куртку и кофту!

Петя замялся, но, поймав мой взгляд, торопливо стянул куртку, потом кофту.

Я быстро расстелил кофту на земле, приподнял Николая ровно настолько, чтобы подсунуть ткань под спину, не снимая мокрой куртки, а именно как буфер между холодом земли и телом. Сверху набросил куртку, потом накинул свою телогрейку, плотно подоткнув края.

Даша, глядя на то, что я делаю, резко встала и метнулась в сторону. Я не сразу обратил на это внимание. А вот когда она вернулась…

«Как же с ней будет тяжело…»

Девушка притащила охапку мокрых веток, которые валялись неподалёку, и принялась торопливо складывать их в кучку.

— Сейчас, сейчас… — бормотала она себе под нос. — Надо развести огонь… хоть немного… он должен согреться…

Только вот этого нельзя было допустить.

— Даша, стой! — я шагнул к ней, присел рядом и накрыл её руки своей ладонью. — Посмотри на эти ветки. Они насквозь мокрые! Они не подойдут для правильного костра!

— Правильного⁈

— Да! Который никто не увидит и не учует!

Я посмотрел на Петю, а тот дрожал так, что, казалось, сейчас лопнет.

— Петя, слушай сюда. Топай наверх, на склон. Сядь за тот толстый дуб. Смотри в сторону дороги. Услышишь что-то — шаги, например, мотор, голоса — сразу сюда. Не кричи, просто тронь Дашу за плечо. Понял?

Он закивал и тут же растворился в темноте. Испуганный, но послушный. Это хорошо.

Я повернулся к Даше:

— Поможешь мне.

Мы начали копать яму размером с противень, сантиметров тридцать в глубину. Даша смотрела на меня как на сумасшедшего, но молча ковыряла землю рядом. Руки у неё были в крови и саже, ногти сломаны, но она не жаловалась.

— Это зачем? — шёпотом спросила она, когда я начал рыть вторую ямку, поменьше, примерно в метре от первой.

— Воздух, — буркнул я, выгребая землю. — Соединю их траншейкой. Прикрою её.

— И⁈

— Что и⁈ — недовольно буркнул я. — Тяга пойдёт снизу через эту щель. Огонь будет гореть в глубине, пламя не вырвется наружу, а дым… — я вытер лоб рукавом, — дым рассосётся в кронах, прежде чем кто-то его заметит. Если вообще будет.

— А если будет?

— Если всё правильно сделать, то не будет никакого дыма! Так, короче, иди собирай ветки! Сухие, слышишь?

— Слышу…

— Не надо зелень или ветки с листьями, мокрое — тем более! Поняла⁈

Она кивнула, хотя по глазам было видно: она не верила в то, что у меня получится. Правда, откуда ей знать всякие механики бездымного костра? Она, как-никак, медсестра, а не выживальщик.