Пахло рыбой так, что через час Илья перестал это замечать. Нюта спала, привалившись к его плечу, к тому самому, разбитому когда-то её дедом. Плечо давно зажило и ничего не помнило.

Илья раскрыл блокнот на чистой странице и расчертил её.

Календарь у него был свой — с первого дня, с той поляны со жданкой. Он вёл его аккуратно, как ведут журнал выходов, и знал, что это единственная вещь в Меже, которую никто не может у него отобрать, потому что никто, кроме него, не понимает, зачем она нужна. Здешний счёт он приписывал рядом, мелко, второй колонкой, для перевода. Тринадцать дней разницы. Он привык к ним, как привыкают к тому, что часы в дальней комнате отстают и их никто не переводит.

Он писал медленно, подвода прыгала на колдобинах, и цифры выходили кривые.

***

Сб 14.11 / 1.11 ст. ст. — день 45. Гуси низко. (Савва: через седмицу — снег.)

Вс 15.11 / 2.11 — 46. Мшанск?

Пн 16.11 / 3.11 — 47. Бл. Мхи.

Вт 17.11 / 4.11 — 48.

Ср 18.11 / 5.11 — 49.

Чт 19.11 / 6.11 — 50. Т. у Мхов? (8 вёрст за ночь)

Пт 20.11 / 7.11 — 51. Т. у Мхов? (6 вёрст)

Сб 21.11 / 8.11 — 52. Снег. Последние выходные.

Вс 22.11 / 9.11 — 53.

Сб 21.11 — контр. выход. Вязовый мох. Жданка у Бл. Мхов — 2 версты. Т. — не ищут с ~середины окт. (Пасынков).

Вывод:

***

Над «выводом» он сидел долго. Подвода прыгала. Нюта во сне сказала: «Не трожь», — и снова затихла.

Обычай отряда был простой, и Илья сам его когда-то одобрил, на собрании, в подвале на Советской, где пахло старыми ботинками и растворимым кофе. Перед снегом, в последние выходные, — контрольный выход по всем нераскрытым за сезон. Не поиск: поиск давно снят. Выход. По последним известным точкам, малыми группами, с мегафоном. Покричать. Посмотреть. Поставить галочку. Потому что после снега — всё, до весны, а весной ищут уже не людей. Гена Лузгин каждый год в четверг перед выходными смотрел три прогноза и выбирал худший. Если снег на субботу — выходили в субботу с рассвета, пока не завалило.

Савва сказал — через седмицу. Седмица от сегодняшнего дня — суббота, двадцать первое. Гуси и Гена Лузгин сходились в одной точке, и Илья, который всю жизнь проверял сметы, знал, что когда два независимых расчёта дают одну цифру, это ещё не значит, что цифра верная. Но это значит, что другой у тебя нет.

Суббота. Вязовый мох. Не этот, здешний, в двух верстах от жданки, — тот. Хотя снег, наверное, будет один на оба. В таблице, сведённой в подклете, зимних утрат почти не было — значит, снег там и снег здесь ложились одновременно и одинаково всё закрывали. Он подумал это и сам удивился, как спокойно подумалось. Как пункт сметы.