Поиск сымаю.
Начальник розыска М. Ухватов».
Люся опустила лист.
— Вот, — сказала она. — «Водило взяло». Это у них такая графа. Как «прочие расходы». Что не нашли — всё туда. — Она посмотрела на него поверх очков. — Ты чего, новенький? Ты лицо-то попроще сделай. Это не твоя бабка.
— Она земная.
— Тут все земные, если копнуть. — Люся сунула в рот семечку. — Это Глушь, Илюша. Тут каждую осень кого-нибудь Водило берёт. Привыкнешь.
— Где Мохова?
Люся посмотрела на него внимательнее.
— У меня Мохова. Ночевала. Сидит на кухне, ревёт. Ей, видите ли, бабку жалко. И Ухват её не взял. Не знаю, чего ей больше жалко. — Она помолчала. — А тебе зачем Мохова?
Илья взялся за прутья.
— Людмила Сергеевна. Они искали не там.
— Ну конечно.
— Они искали по верху. По сухому. «Где находке идти сподручнее». Ей не сподручнее. Она не знает, куда идёт. Они звонили и кричали, а такие от крика прячутся. Я таких находил. Двенадцать, — сказал он и сам удивился, что помнит число. — Двенадцать стариков с деменцией за девять лет. Живыми — девять.
— С чем?
— С головой не в порядке. Ваше слово — не знаю. Порченые?
— Порченые — это другое, — сказала Люся быстро. — Это ты не говори. Это ты здесь никогда не говори, понял? — И, помолчав: — Ну, и чего?
— Они идут прямо, пока не упрутся. Упрутся — сворачивают вбок, не назад. И под уклон. Всегда под уклон. Вниз, к воде. Лезут в самое густое — в ельник, под выворотни, под лапник. Туда, где тесно. Ложатся и лежат. Их находят, когда наступают. Или когда светят под ёлку и видят ноги. — Он говорил ровно, как на инструктаже для новичков. — Её видели на гряде, и она с гряды ушла. Вниз. Значит, ручьи, что с Гривы текут. Ниже места, где видели, версты на две. Дальше вряд ли: ноги, холод. Светить под каждый выворотень. Не кричать. Смотреть.
Люся молчала. Семечку она так и не разгрызла.
— Это ты всё мне зачем рассказываешь? — спросила она наконец.
— Чтобы вы рассказали Моховой.
— Не положено.
— Людмила Сергеевна…
— Не положено, Илюша. — Она сказала это неожиданно серьёзно, без «новенького». — Находка в отсидке никого не учит. Ты тут сидишь, чтобы привыкать к воздуху. Вот и привыкай. Ухват узнает — с тебя что взять, ты пустой. А мне…
Она не договорила.
— Ухват поиск снял, — сказал Илья. — Значит, она ничья. Ничья — значит, находочников. Савватей Кузьмич сам пойдёт, если ему сказать, где. Ему же за живьё прибавка. — Илья слышал себя и не узнавал. Он, Зима, автор раздела «Работа с откликами», стоял за решёткой и торговался за бабку, которую никогда не видел, — прибавкой за живьё. — Двадцать денег, Людмила Сергеевна. Савватей Кузьмич за двадцать денег на Гриву пешком сходит.