— Не пустые. Я могу. Докажу. Дай мне команду, и увидишь. Но Маргарет должна быть свободна. Это мое условие.

Интересно, что у него с ней? Любовь? Или что-то другое? Я вспомнил, как она стояла у шкафа, сворачивала бинты, и ее холодный голос: «Я не вещь, Филипп, чтобы за меня решать». Она его осадила, а он все равно за нее держится. Это было бы смешно, если бы не раздражало так сильно. А если в этот дуэт заходит Морган, то треугольник будет сложный. Правду говорят: «Женщина на корабле — к беде». По крайней мере, такая как Марго.

— Ты за нее готов на все, а мне про Вежу — ни слова? — протянул я и посмотрел ему в глаза. — Хорош обмен, Филипп.

Он не отвел взгляд, стоял прямо, и ответил:

— Маргарет спасла тебя. Ты ей должен.

— Так я ей должен, а не тебе…

— Я прошу ее свободы. А Вежа… это не твое. И не ее. Это мое.

Я с трудом сдержался, чтобы не стукнуть его крюком. Филипп использовал сложившуюся ситуацию и это меня выводило из себя. Я надеялся, что он расскажет хоть что-то о Веже, а он закрылся и еще торгуется.

Филипп молчал, ожидая моих дальнейших слов. А я размышлял о том, как он меня переиграл. Хотел выведать у него информацию о Веже, а получил лишь обещание и усиливающуюся головную боль. Но пусть попробует. Если он действительно возглавит абордажную команду, я увижу, на что он способен. А если обманет или сбежит — что ж, море обширно, а за борт никто не запрещает.

— Ладно. Иди отдыхать. Найди Стива, он обустроит тебе место, — сказал я, не поворачиваясь к нему. — Завтра приступим. Посмотрим, какой из тебя командир.

Он кивнул и направился к люку, ведущему в кубрик. Я остался у борта, прислушиваясь, как его шаги затихают. Ветер развевал волосы, соль оседала на губах, а я стоял и размышлял: кто ты, Филипп? Такой же носитель, как я? Или нечто большее

Филипп ушел, а я остался ни с чем — ни с информацией о Веже, ни со спокойствием. Пора было что-то предпринимать.

Я оттолкнулся от перил и направился к своей каюте. Луна висела низко, освещая палубу серебристыми бликами, крики чаек пронзали воздух. «Принцесса» покачивалась на волнах, поскрипывая такелажем, и я внезапно осознал, что этот корабль — единственное, что есть у меня в этом мире.

Дверь каюты скрипнула, когда я открыл её. Внутри было тепло, пахло деревом. Морган, Стив и Марго уже покинули помещение. Свет от фонаря освещал стол, подчеркивая царапины на поверхности, тени двигались по стенам. Я опустился на стул, откинулся на спинку и потер виски. Голова раскалывалась, мысли путались, сосредоточившись на Филиппе. Этот юнец обещал возглавить абордаж, но что он задумал? И почему он так привязан к Марго? Любовь? Или нечто иное?