Я выпрямился, спина затекла. Я стоял, глядя на Дрейка, и пытался понять, что упускаю. Вода в гробу плеснула, когда бриг качнулся, и я заметил, как она закрутилась вокруг рук мертвеца. Может, в рукаве? Нет, глупость. Там бы все размокло. Я покачал головой, отгоняя дурацкие мысли. Надо было признать — если карта и была, ее давно унесло море. Или она вообще миф, как и половина легенд про Дрейка.

Я уже собрался отвернуться, когда за спиной послышались шаги. Тяжелые, уверенные. Это Морган. Только он ходит так, будто палуба ему должна кланяться. И тут он тихо заговорил с каким-то странным восхищением в голосе.

— Крюк, ты гений.

Я замер. Чего? Это когда я успел им стать?

Морган стоял возле меня, он смотрел не на меня, а куда-то мимо. Глаза его блестели от того хищного азарта, что я в нем давно приметил. Я проследил за его взглядом, все еще не понимая, что он там увидел.

— Ты гений, Крюк, — повторил он, и в голосе его сквозило что-то вроде уважения.

Я прищурился, пытаясь разглядеть, что он имеет в виду. И тут я заметил — в верхней части крышки была выемка. Небольшая, аккуратная, словно специально вырезанная. А из нее торчал уголок чего-то темного, мокрого. Я моргнул, наклонился ближе — и сердце екнуло. Книжка. Маленькая, в кожаном переплете, с потемневшими от воды краями. Она выглядывала из выемки, как из кармашка. И я чуть не пропустил ее, пока копался в этом проклятом гробу.

— Черт возьми, — выдохнул я, выпрямляясь. — Это что, оно?

— А ты как думаешь? — хмыкнул Морган, скрестив руки. — Не просто же так Дрейк тут лежит.

Я бросился к крышке. Схватил книжку, с трудом вытащил ее из выемки — она была холодная, скользкая, и вода капала с нее, стекая по перчаткам. Я встряхнул ее, пытаясь смахнуть влагу, и пригляделся. Переплет был плотный, кожа потрескалась. А главное — книжка не размокла целиком. Я прикинул в уме: гроб опустили в воду так, что крышка создала воздушную подушку, сохранив эту штуку от полного затопления. Хитро, ничего не скажешь. Но когда мы его поднимали, вода все же просочилась в выемку, намочив кармашек. Вопрос — успела ли она добраться до страниц?

Я поднес книжку ближе, осматривая ее со всех сторон. Вода пропитала обложку, но не глубоко — внутри, кажется, было сухо. Я осторожно приоткрыл ее, держа за уголок, и увидел плотные листы, прижатые друг к другу. Чернила не расплылись, буквы проступали четко, хоть и чуть поблекли.

Удача? Если это карта — или хоть какая-то подсказка к Эльдорадо, — то все не зря. Но если там ерунда, вроде молитвенника или дневника? Это будет облом.