Останься Ута жива, ей было бы всего сорок лет и, она была меня моложе лишь на восемь, а не на тринадцать лет, как раньше.

Я представил своего спутника как мэтра Габриэля. Верно, серьезный вид господина мага вызывал к нему почтение со стороны старых женщин, потому что его одежда вызвала легкую оторопь.

— А вы совсем не изменились, господин Артакс, — сказала первая старушка. — Напротив, даже помолодели!

— Эльза, нужно говорить — господин граф! — укорила ее вторая старуха.

Ну, теперь я хотя бы знаю, кто есть кто.

— Не надо титуловать, — попросил я, криво улыбнувшись, — Для вас я либо Артакс, либо Юджин.

— Как скажете, господин Артакс! — едва ли не хором ответили старушки.

— Да, а с чего вы взяли, что я граф? — удивленно спросил я.

— Эх, господин граф, господин Артакс, — сказала Гертруда. — Здесь у нас столько всего произошло! Расскажем. Но вы, и ваш спутник, наверное, устали с дороги? Можно отнести ваши вещи в комнаты для гостей, а потом мы спустимся в мыльню. К сожалению, не можем предложить вам вымыться целиком, но воды для умывания согреем. Если хотите, завтра закажем бочку воды, тогда вы можете принять ванну. Вы хотите поспать с дороги, или, вначале предпочитаете перекусить?

— А что у вас есть? — поинтересовался маг, успевший оголодать.

— Увы, сегодня можем предложить только оладьи с вареньем, — вздохнула Эльза. — Но если вы останетесь у нас на несколько дней — а мы так рады постояльцам! — вы скажете, чего вы хотите. Помнится, господин Артакс очень любил жареную печенку!

— Да я ее и сейчас люблю.

— Мы можем ее приготовить на ужин. А вам, господин Габриэль?

— Все, что любит господин Артакс, люблю и я, — улыбнулся волшебник.

Оладьи сестры делали замечательно! Впрочем, как и все остальное.

Когда мы, умывшиеся с дороги, уминали оладьи с вареньем, сестры рассказывали о том, что случилось в городе за время моего отсутствия. Первой начала рассказ Гертруда:

— После того, как вас объявили погибшим — а мы не стали рассказывать, что вы живы, в город приехала комиссия. Там были и люди вашего брата — нового императора Фризляндии, Полониии и Моравии. Мы теперь в союзе с вашей империей. Вас долго искали, но не нашли. Один из городских стражников поклялся на Библии, что видел, как вы упали в реку и утонули. Раньше бы город выгнал имперских чиновников, сел в осаду, но теперь все были в растерянности. Да и после войны с герцогом Фалькенштайном у города не было сил на это.

— А что случилось с первым бургомистром? — спросил я.

— Господин Лабстерман стар и очень болен, — вмешалась Эльза. — Комиссия не нашла в его действиях никаких нарушений закона. Он выступал на суде обвинителем в соответствие с законом города, а свое обвинение строил на показаниях свидетелей — Эдди и Августа. Хотели допросить Эдди, но его нашли повесившимся. Кроме Гертруды, никто не знал, что именно он убил Уту. Нас тоже допрашивали. Поначалу, мы очень боялись, но когда нам сказали, что нас будут пытать, мы рассказали всю правду. Про то, что слышали голос Август, поначалу, не хотел говорить, но к нему применили пытку и он рассказал, что ему заплатил господин Любек. Но Любек, к тому времени, тоже был мертв. Кажется, это вы его и убили?