Почувствуй, что называется, разницу в уровне. Потому что, кроме наивного "я ей приглянулась" у меня в голове крутилась только одна мысль. Кощунственная с точки зрения благодарности к щедрому жесту Марии Федоровны.
Она разыгрывает какую-то свою партию, и моя роль в ней что-то среднее между пешкой и конем. Закономерный вопрос: будем ли мы играть?
Оптический мастер через два дня. И как подгадала?
Лаааднааа... Есть ещё время хотя бы до ладьи дорасти. Да, в принципе, что тут думать? Что с меня взять можно? Из движимого имущества у меня только чемодан. А другого рода имущественных прав и вовсе не имеется. Да и среди местного общества я, как перелётная птица с увеличенным количеством командировок. Сейчас есть, а через время фьють... и пойди сыщи эту Василину. Разве что кредит на меня взять... Очень сомневаюсь, что графиня Ростовцева такими делами промышляет. Это было бы максимально удивительно. Опять же сын не последний человек в государственной структуре.
- Поговаривают, - Иван Андреевич ловко поймал нить разговора, не давая ей погибнуть под тяжестью неловкой паузы, - в городе орудует крупная подпольная группировка.
Александр, словно очнувшись, медленно перевел взгляд с плеча хозяина лавки, из-за которого торчала я, на лицо собеседника.
- С вашими источниками, - чуть насмешливо поддел он Ивана Андреевича, - вы лучше сыскной полиции знаете все городские новости. Боюсь внести сумятицу и разочаровать фактическим положением дел, лишенным флёра таинственности и пикантных подробностей.
Иван Андреевич ничуть не обиделся, наоборот, приосанился и продолжил беседу уже значительно увереннее.
- Да что там за пикантные подробности, - отмахнулся небрежно любитель новостей. - Так только, пустые разговоры. Будто бы полицейские сыщики всё подвалы Петербурга вдоль и поперек обыскали, а преступники чуть ли не на Дворцовой площади записочки-то друг другу передают средь бела дня и в ус не дуют. Но главное даже не эта вера в безнаказанность.
Иван Андреевич выдержал мучительную паузу, такую, которая не убивает разговор, а ещё сильнее интригует.
- Ну не томите, Иван Андреевич, - это уже я. Интересно же! Меня всего ничего не было, а тут у них целое кино.
- Да может и не правда все это. Как говорится, за что купил. Но сказывают, что главарь-то будто какой-то прозорливостью обладает. Наперед знает, что да как. И благодаря этому творят свои противозаконные дела, никем не пойманные. Но другие на это иначе смотрят. Ежели ускользают от правосудия, то может и...
Не стал хозяин лавки заканчивать мысль, и так понятно, но, произнеси он до конца все, что вертелось на языке, да ещё и товарищам при исполнении, точно бы причислили к ненадёжным, революционные речи толкующем.