- Говори, - откинулся на спинку кресла, внимательно наблюдая за сменой настроений на лице помощника.
- Я нашел! - начал он с главного.
- Неужто вазу? - не сдержал я своих чаяний, чем, безусловно, враз выдал все свои желания. К удивлению, Тихон и глазом не повел, то ли его самого весть захватила с головой так, что ничего не замечает, то ли... нет тут тайны более для него... В последнем случае хотелось бы знать: для него ли одного?..
Но Тихон при упоминании вазы, поморщился, как от зубной боли. Не то, значит.
- Про вазу я вам давеча ещё сказывал. Ничего, как сквозь землю провалилась, вместе с теми удальцами, что унесли ее. Я нашел, где девица бароновская обитает тепереча. Уже не девица, конечно...
- Да неужель? - поднялся я на ноги.
- Как есть нашел! - обрадовался Тихон моему неспокойствию.
- Далече? - взял над собой контроль, принялся за бумаги на столе, переложил отдельно которые уже просмотрел, в другое место, чем ещё предстояло заняться. Надо будет потом ещё раз все перепроверить, мог спутать всё.
- Дня два пути.
На деле вышло меньше. Возможно, подгоняло обоих стремление поскорее разузнать все о женщине, с которой барона Врангеля в прошлом связывали нежные чувства, хоть и недолго, и от которой, он надеялся, у него родился наследник. Или наследница.
- Зачем вам моя Настасья? - задал резонный вопрос крепкий мужик, подобравшись при нашем появлении и представлении. - Она и мухи не обидит. Добрая. От неё ни злого, ни завистливого слова никто не слыхал ни разу.
- Поговорить с ней надобно, - проворчал Тихон, раздражаясь. Хотелось ему тоже подогнать время, а тут объясняться пришлось.
Из чуть покосившегося дома на крыльцо выскочила румяная женщина, суетливо заправляя выбившиеся посеребренные волосы под платок. Заполненные тревогой глаза метались между мужем и незваными гостями. Сильно ссутулившись, просеменила к нам. Руки дрожали, и она никак не могла с ними сладить. То за подол ухватится, то расправит ткань, вытирая ладошки, то прижмет сложенные вместе к груди.
Совесть грызет или напугали бедную женщину?
- Разговор пойдет о службе в имении барона Врангеля, - предупредил я.
Женщина в мгновение побелела и бросила испуганный и вместе с тем умоляющий взгляд на мужчину.
- Недолго, - буркнул он, отходя к сараю, но не уходя со двора совсем. Остался, настороженно приосанившись, подпёр плечом стену.
Женщина стыдливо опустила голову вниз. Скажет ли правду или убоится?
Как я не всматривался в подправленные возрастом и тяжёлым трудом черты лица, но не находил ничего схожего. Вроде бы форма лица, но Настасья чуть разворачивалась, и схожесть опять ускользала. Вот, может быть, глаза или нос, но нет... Из того, что мне помнится, совсем разные люди.