Потом наклонился и что-то шепнул женщине. Она, уронив вёсла, следила за мной.

— Егерь восьмого обхода Синицын, — представился я.

— Да греби ты! — не выдержал мужчина и громко скомандовал женщине.

Та молча замотала головой.

— Ну, дура! Пусти!

Пересаживаясь на место гребца, мужчина обернулся ко мне.

— Сейчас, товарищ егерь! — с фальшивой улыбкой сказал он. — Видите — перепугалась жена от неожиданности. Сейчас мы подплывём.

Оказавшись на вёслах, он неожиданно сильно погрёб к середине озера.

— Стойте! — закричал я. — Предъявите документы!

— А то что? — отозвался мужчина. — Стрелять будешь? Не имеешь права!

Стрелять я, конечно, не собирался. Тут он сообразил правильно.

Изо всех сил мужчина грёб туда, где берег озера делал крутой поворот. Там отражался в воде небольшой остров, заросший ёлками и берёзами.

В тростнике послышалась возня и кряканье. Я вгляделся и увидел крякву в коричнево-пёстром оперении. Волоча одно крыло и опустив голову, она кружила в крохотном, затянутом зелёной ряской водяном оконце.

Вот урод! Хоть бы в селезня стрелял!

Лодка почти слилась с отражением острова. Ну, не собираются же они прятаться посреди острова? Наверняка гребут к базе. Неужели егерь-сосед поощряет браконьерство?

Ничего, дальше базы не уйдут!

Я поправил на плече ружейный ремень и быстрым шагом, почти бегом, двинулся по берегу в обход озера.

Опавшая хвоя мягко пружинила под ногами. Злость гнала меня вперёд.

Я обогнул залив, который глубоко вдавался в молодой ельник. За ёлкой мелькнул человек. Он быстро шагал мне навстречу. За его правым плечом висело ружьё.

— Стоять! — резко выкрикнул он, кладя руку на ложу ружья. — Предъяви документы! По какому праву стрелял?

Я опешил. Но тут же полез в карман штормовки и вынул удостоверение. Мужчина подошёл, внимательно вглядываясь в книжечку.

На вид ему было лет пятьдесят. Плотный, коротко стриженый, с упрямым лбом и тяжёлым подбородком. Он напоминал отставного военного.

Мужчина переводил взгляд с фотографии на меня. Постепенно его лицо расслабилось, стало почти добродушным. Он вытащил своё удостоверение и показал мне.

— Егерь, Жмыхин Дмитрий Константинович! А ты, Андрей Иваныч, значит, вместо Василия?

Надо же, и отчество успел запомнить.

— Так зачем стрелял, Андрей Иваныч? — прищурился Жмыхин. — По воронам, или волка увидел?

— Это не я. Браконьеры на резиновой лодке уток били.

— Где?

Лицо Жмыхина вмиг закаменело.

— Возле устья Песенки. Я хотел остановить, но они сбежали.

— Куда поплыли? — живо спросил егерь.

— К острову.

— Ах, ты!

Он с досадой хлопнул ладонью по бедру.

— Там просёлочная дорога к воде подходит. Не успеем перехватить! Вокруг озера — долго. А они наверняка на машине. Ты лица-то их запомнил?