Генерал повернул голову ко мне и улыбнулся.

— Спасибо, Андрей Иваныч! Спас ты меня сегодня.

Я почувствовал себя неловко.

— Не за что. Вы идти сможете?

— Смогу. Только не очень быстро.

Мы взяли собак на поводки. Перевязанная Кара прихрамывала, еле слышно повизгивая при неловком шаге. Мишка трусил, вывалив на сторону длинный розовый язык. В уголке его пасти скопилась слюна.

Георгий Петрович шёл медленно, часто останавливался, держась рукой за ствол дерева и недовольно морщился.

Я использовал эти остановки, чтобы делать затёски на стволах деревьев. Так и кабана легче будет найти, и генерал меньше смущается из-за того, что всех задерживает.

На само деле, опушка была недалеко. Во время поисков следа мы больше кружили на месте, чем продвигались. И сейчас, шагая напрямик, добрались до поля минут за сорок. Даже с учётом того, что шли медленно.

Я первым перебрался через канаву и не поверил своим глазам. На дороге стоял знакомый «Уазик». Возле него расхаживал Рустам. А Тимофеев, прислонившись к брезентовому тенту, вытирал шею и лоб большим носовым платком.

Мишка натянул поводок и лениво гавкнул.

— Не послушали, черти! — проворчал генерал, перелезая через канаву вслед за мной. — Вернулись!

— Так оно и к лучшему, Георгий Петрович! — весело ответил я.

И махнул Рустаму рукой.

— Эй! Сюда!

* * *

Через три часа мы сидели у меня на кухне.

На столе стояла тяжёлая чугунная сковорода с жареной кабаньей печёнкой. Блестящая, коричневая, перемешанная с кольцами лука, она пахла так, что язык проглотишь!

Рядом, на тарелке лежали нарезанные дольками солёные и свежие огурцы, свежий репчатый лук и холодная картошка, оставшаяся с вечера. Завершала это великолепие начатая бутылка водки.

— Ну, за охоту! — сказал генерал, поднимая гранёную стопку, налитую до краёв.

Мы чокнулись. Я сделал глоток. Холодная водка провалилась внутрь, обжигая пустой желудок. Я торопливо подцепил вилкой кусок печёнки и потащил в рот.

— Красота! — сказал Георгий Петрович, хрустя солёным огурцом. — Где ты такие огурцы берёшь, Андрей Иваныч? Я в августе приеду — выпроси для меня баночку!

— Попробую, — улыбнулся я.

Мы налили ещё по стопке. Рустам, улыбаясь, прихлёбывал горячий чай.

— Я хочу выпить за тебя, Андрей Иваныч! — сказал генерал. — Спасибо тебе. Я в курсе, что ты здесь ненадолго. Но если нужна будет помощь — обращайся! Что смогу — то сделаю.

Он протянул мне прямоугольник плотного картона, на котором твёрдым почерком был записан номер телефона.

— Спасибо, Георгий Петрович!

Мы выпили.

— Саша! — вспомнил генерал. — Ты не забыл Андрею Иванычу оставить бланки лицензий?