Кофе подала горничная. Тихая. Красивая. Бледная до синевы. И с подавителем на шее.

— Однако так уж вышло, что и моя личная жизнь не складывалась. Катастрофически, я бы сказал, не складывалась… и я обратился к специалисту, который и подтвердил догадки отца. Договор скорее всего был не просто заключен. Отец и родители той девушки использовали ведьмовской обряд…

— Вашего отца не стало, как я понимаю?

— Не стало. Но есть я. И обязательства, которые перешли ко мне со всем наследством. Две мои женщины оказались бесплодны. Третья сумела родить Офелию, но сама умерла. И судя по всему, потомство у меня может быть только от Вельяминовых.

— А они… — Ведагор попытался вспомнить, что именно он слышал о Вельяминовых. Слышал ведь что-то, в памяти есть отклик, но что именно…

Кажется, были у Волотовых какие-то дела общие…

Давно.

Очень давно… хотя с кем у Волотовых общих дел не было-то?

— Там от рода осталась одна обиженная на весь мир особа, которая не отличается высокой моралью, и две пустоголовых девицы, решивших, что сами проживут. Я предлагал им замужество… всем трем… даже Василисе…

— И все трое отказались?

Надо же, до чего разумные женщины. Связывать жизнь с тем, кто уже мертв, по меньшей мере неразумно. А скорее всего и опасно.

— Мне сказали, что Офелия… будет тоже испытывать трудности… но их можно преодолеть, если она вступит в брак с кем-то достаточно сильным… древняя кровь на многое способна.

— Боюсь…

— Не спешите отказываться, — перебил Свириденко. — Понимаю, что с моей стороны это, мягко говоря, неожиданно. И может показаться даже наглостью, но у меня есть, что предложить.

Кофе тоже был неплох.

Ведагор молча поднял чашку.

— Я, конечно, все же попытаюсь устроить свой брак… у меня найдутся аргументы… хотя, видит Бог, я пытался действовать мягко… уговаривал… и в целом… но ничего… дело не в этом. Офелия… Офелия в любом случае получит половину всего моего состояния, движимого и недвижимого… дома, счета, предприятия. У меня хватает успешных предприятий.

Как и у Волотовых.

— Я не прошу вас оставить жену… помилуйте, я и думать о подобном не смел бы… но у вас ведь есть братья.

— Помолвлены. Слово дано.

— Да, да… слово Волотовых… крепче камня. Наслышан. Но двоюродные братья? Род велик…

Не настолько, чтобы появилась нужда торговать Волотовыми.

— Неужели не найдется никого, кто согласиться взять в жены молодую и красивую женщину? Состоятельную. Умную… и сменить имя.

— Сменить?

— В случае, если у меня не появится иного наследника. Я не рассчитываю получить ответ вот так сразу… подумайте. Посоветуйтесь с вашей матушкой…