— Пробовал на прочность? — предположил Бер.

Иван же коснулся тонкого стебелечка травы и палец к губам прижал. Все и замолчали.

Нет, ничего…

Да, там есть, темное и недоброе, такое, которого лучше не касаться. И сила от него идет, пробивается сквозь толщу земную, да не вредит.

Живые чувствуют, сторонятся, а вот растениям напротив очень даже сила эта по нраву. Ишь, пьют да буяют. Крапива вдоль дороги вовсе зеленой стеною выстроилась, жирная, с огромными листьями. Благо, Иван вовремя успел отступить.

— Боишься? — не удержалась Таська.

— Аллергия у меня, — Иван осторожненько отвел листочек в сторону. — На крапиву… буду весь… краснорожий, если что. А потом чесаться и шелушиться.

Поглядели на него с сочувствием.

— Значит, Свириденко сидел смирно…

— Ну как… издали пакостил. С Севрюгиным вон придумал. Потом свататься пытался… одновременно через банки давил. Ну и по мелочи, то одна комиссия, то другая…

Ощущение тяжести проходило.

И дышать становилось легче, шаг за шагом. Нет, вовсе чувство иного не исчезло, скорее уж отодвинулась куда-то на край сознания.

— Теперь вот как-то совсем берега потерял… и с вечером этим не понятно. Одно время нас приглашали, но больше из вежливости, — теперь говорила Таська. Она и вперед пошла, раздвигая стебли крапивы, причем голыми руками. — А потом и он, и все-то соседи стали делать вид, что таких в округе нет… ну и ладно, не больно-то хотелось. Тут вот снова… явно задумал пакость. Может, унизить хочет, показать, кто мы есть…

— А кто вы есть? — уточнил Бер, который тоже вперед вырвался.

А чумазый.

Руки черным чем-то испачканы, и пусть Бер их отмывал, но то ли старался слабо, то ли чернота эта въелась в кожу намертво. И пахло от него потом и железом, и еще бензином, но не тем, привычным, что на заправке. При всем этом Бер выглядел весьма довольным жизнью.

— Мы? Нищее отребье… — отозвалась Маруся, глядя с тревогой. — А аллергия сильная?

— Помереть не помру. Не должен во всяком случае, но буду отекшим, красным и чешуйчатым.

— Прямо тянет поглядеть, — Таська обернулась. — В общем, скотина он. Я Свириденко имею в виду.

Желающих спорить не нашлось.

— А почему вы крапиву просто не выкосите? — уточнил Бер, ныряя под особо тяжелую ветку.

— Ну… тебе надо — ты и коси.

— И покошу!

— И коси!

— Погоди, — Маруся придержала Ивана. — Ты бы сразу сказал… я еще когда хотела принести мазь, а потом как-то вот и запамятовала. Извини.

— За что?

— Да так… просто… я думала, что вы — еще одна проблема… сунули нам кого-то… ну, так, чтоб… не знаю…

— В ссылку?

— Вроде того. Что от вас пользы никакой.