— Модели будут выходить отсюда, — Виктория показала на арку в глубине зала. — Пройдут по подиуму, продемонстрируют браслеты. Вы и ваш отец будете стоять здесь, — она указала на место рядом с подиумом, — и комментировать показ.

— А витрины?

— Уже в сборке.

Как по заказу, в зал вошли трое мужчин с тележками. На тележках лежали элементы витрин — стеклянные панели, хромированные рамы, подсветка.

— Где ставить? — спросил старший.

— Вдоль стен, — ответила Виктория. — По шесть витрин с каждой стороны. Расстояние между ними — два метра. Высота — стандарт, метр двадцать.

Команда рабочих принялась за работу. Я наблюдал, как из хаоса деталей рождаются элегантные витрины — стекло и хром, с внутренней подсветкой и бархатными подставками для браслетов.

— Красиво, — признал я.

— Только лучшее для лучших, — улыбнулась Виктория.

В зал вошла группа людей с рулонами бумаги — работники рекламного агентства.

— Где ставим стенды? — спросил один из них.

— В Дубовом зале, у входа, — ответила Виктория. — И по одному стенду в каждом углу Зеркального.

Они развернули стенды — огромные панели с промо-фотографиями Самойловой в наших браслетах — и принялись закреплять их на специальных конструкциях.

Выглядело эффектно.

Я вышел в коридор, проверяя телефон. Несколько сообщений — от партнёров, подтверждающих присутствие, от журналистов, уточняющих детали.

Время — половина пятого.

Лена должна была выехать к пяти. От Большой Морской до угла Невского и набережной Фонтанки — рукой подать, даже с учётом пробок.

Я набрал её номер.

— Саш? — ответила она после второго гудка.

— Как дела?

— Всё нормально. Машина уже здесь, охрана на месте. Загружаем последние коробки. Скоро и выезжаем.

— Хорошо. Жду.

Я убрал телефон и вернулся в Зеркальный зал.

Витрины собрали быстро — двенадцать элегантных конструкций вдоль стен, пока пустых. Ждали своего содержимого. Свет был выставлен идеально — мягкий, но достаточно яркий, чтобы камни в браслетах сверкали.

Виктория проверяла что-то в планшете, переговариваясь по гарнитуре с кем-то из подчинённых. Декораторы развешивали последние драпировки. Официанты в Дубовом зале выстраивали башни из бокалов — эти хрупкие пирамиды, которые смотрятся эффектно, но одно неловкое движение — и всё рухнет.

Хотелось верить, это не метафора нашего вечера.

В дверях появилась знакомая фигура. Самойлова, в том же тёмно-синем платье, что на фотографии. Рядом — Катерина с неизменным планшетом.

— Александр Васильевич! — Алла сбросила короткую шубку и улыбнулась. — Как успехи?

— Всё идёт по плану, — ответил я. — Ещё час — и будем полностью готовы.