— Хорошо. Я буду там к обеду.

— Отлично! До встречи!

Она отключилась. Энергии у этой женщины было столько, что хватило бы на небольшую электростанцию.

Я допил кофе, проверил почту. Куча писем — подтверждения от гостей, вопросы от журналистов, технические детали. Ничего срочного.

Открыл мессенджер. Сообщение от Самойловой, пришло только что.

«Доброе утро, Александр Васильевич! Волнуетесь? Я немного. Вот мой образ на сегодня — как вам?»

К сообщению прилагалась фотография. Самойлова в вечернем платье — тёмно-синем, облегающем фигуру, с открытыми плечами. Волосы уложены в элегантную причёску. Макияж безупречен. На запястье — наш браслет-прототип.

Выглядела она… ослепительно.

Я набрал ответ:

«Доброе утро, Алла Михайловна. Образ отличный. Вы будете звездой вечера».

Отправил. Потом задумался и добавил:

«Благодарю за помощь. Без вас мы бы не справились».

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Не за что. Мы ведь команда. Увидимся вечером!»

Я убрал телефон. Между нами по-прежнему висело напряжение после того случая. Но Самойлова вела себя профессионально — никаких намёков, никакой неловкости. Возможно, я переживал зря.

Или она просто отлично умела скрывать чувства.

Лена залпом допила кофе, собрала все свои папки и планшеты и поднялась:

— Саш, во сколько выезжаешь во дворец?

— К обеду буду там. Проконтролирую сборку витрин.

— Я приеду к пяти. С артефактами и охраной.

— Хорошо. Будь осторожна.

Она кивнула и исчезла. Отец отложил бумаги:

— Саша, как думаешь, стоит упомянуть в речи историю с Пилиным?

Я задумался:

— Не стоит. Они и так всё знают. Сегодня вечер нашего триумфа, а не оправданий. Мы вернулись, мы сильнее, чем были. Вот и всё, что нужно сказать.

— Ты прав, — он кивнул. — Ладно, пойду ещё раз отрепетирую.

Василий поднялся и ушёл к себе в кабинет.

Я остался один. Посмотрел в окно — серое петербургское небо, моросил дождь. Типичная осень.

Сегодня решится всё.

Либо мы взлетим — и дом Фаберже вернётся на вершину. Либо провалимся — и тогда конец. Долги, банкротство, распродажа активов. Третьего не дано.

Я допил остывший кофе и поднялся к себе — переодеваться. Сегодня нужно выглядеть на все сто процентов.

Тёмно-серый костюм-тройка, белая рубашка, галстук. Запонки с гербом Фаберже — подарок семьи Александру на совершеннолетие. Начищенные до блеска туфли.

Я взглянул в зеркало. Молодой человек в дорогом костюме смотрел на меня с серьёзным лицом. Уверенный, собранный, готовый к бою.

Хороший образ.

Я вышел из комнаты и направился вниз. Впереди был длинный день.

* * *

Дворец Белосельских-Белозерских поражал роскошью.