Она бросилась к нам — быстро, насколько позволяли приличия и высокие каблуки.

— Александр Васильевич! Елена Васильевна! — голос дрожал. — Я слышала, что случилось!

Глаза её блестели, а руки потянулись к нам, но остановились на полпути, словно Алла не знала, можно ли обнять или нужно сохранить дистанцию.

Но её лицо и так всё выразило. Страх, облегчение — искренние.

— Алла Михайловна, — сказал я спокойно, — всё в порядке. Мы целы. Артефакты целы. Презентация состоится, и нам более ничто не помешает.

— Но как… — она смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Что произошло? Василий Фридрихович сказал, что на вас напали, что грузовик… в воду… Это ужасно! Кто мог… Зачем?

— Вероятно, тот, кто готов на всё, чтобы сорвать наш с вами триумф, Алла Михайловна. Но мы не подарим им такого удовольствия.

Самойлова посмотрела на меня. Секунду колебалась. Потом выдохнула, выпрямила плечи и кивнула:

— Да. Вы правы. Мы проведём лучшую презентацию в истории Петербурга.

Я улыбнулся — холодно, решительно:

— Именно.

Самойлова хотела сказать что-то ещё, но её помощница тактично кашлянула:

— Алла Михайловна, гости начнут прибывать через пять минут.

Самойлова вздрогнула, словно очнувшись.

— Да, конечно. Нужно занимать места.

Она отступила на шаг, поправила платье, пригладила причёску. Маска светской дамы вернулась на место. Мы втроём — я, Лена и Самойлова — направились к парадному входу.

Отец уже стоял там, выпрямив спину, с торжественным выражением лица. Виктория суетилась, отдавая последние распоряжения официантам.

Я встал рядом с отцом. Лена — с другой стороны. Самойлова заняла позицию чуть в стороне — она была амбассадором, но не членом семьи.

Двери распахнулись.

Первыми вошли князь Дивеев с супругой.

Элегантная пара за пятьдесят — он в парадном мундире, усыпанном орденами, она в артефактных изумрудах, которые стоили как годовой бюджет небольшого города. Княгиня держалась прямо, с достоинством. Князь шёл чуть впереди.

Важная шишка, постоянный гость Зимнего дворца и совладелец нескольких золотодобывающих компаний.

Отец шагнул навстречу с глубоким поклоном:

— Ваше сиятельство. От лица Дома Фаберже благодарим вас за оказанную честь.

Князь протянул руку:

— Василий Фридрихович! Рад видеть вас в добром здравии! И поздравляю с победой в суде.

Они обменялись рукопожатиями. Княгиня изящно кивнула:

— Мы следили за вашей историей, Василий Фридрихович. Ужасное дело. Но мы рады, что справедливость восторжествовала.

— Благодарю за поддержку, ваше сиятельство, — ответил отец. — Позвольте представить моих детей. Александр, Елена.