— Ваши стихии? — спросил экзаменатор.

— Огонь и земля.

Знакомое сочетание. Возможно, парень метил в артефакторы. Мало кто выбирает землю, если не собирается освоить наше дело.

Парень начал с огня. Создал несколько огоньков, вытянул, затем уменьшил, словно играл на инструменте. Работа была изящной, точной, без лишних затрат энергии.

— Переходим к земле, — объявили экзаменаторы.

Молодой человек поднял несколько камней, которые закружились в помещении, создавая сложный, но гармоничный узор.

— Обе стихии одновременно, — потребовал главный экзаменатор.

Он сосредоточился и создал миниатюрную огненную бурю вокруг танца камней. Завораживающее зрелище. Парень прекрасно владел сразу двумя стихиями.

Даже когда начались помехи, он не дрогнул. Концентрация оставалась железной, стихии повиновались безупречно.

— Отлично, — одобрил главный экзаменатор. — Очень высокий уровень для вашего возраста, господин… Холмский.

Парень с достоинством поклонился и отошёл к стене. В его глазах читалось удовлетворение, но без излишней гордости.

Способный юноша. В двадцать лет демонстрировать такой контроль над сложным сочетанием стихий — большая редкость. Интересно, где он учился.

— Александр Васильевич Фаберже, — наконец объявил бородатый экзаменатор.

Я заметил, что испытуемые не разошлись. Все остались посмотреть, что покажет представитель «опозорившейся» семьи. Даже Холмский наблюдал с любопытством, но без насмешки.

Подойдя к столу, я поклонился комиссии:

— Господа экзаменаторы.

— Ваши стихии? — спросил главный экзаменатор, и в его тоне слышалась плохо скрываемая неприязнь.

— Земля и огонь.

— Начинаем с земли.

Я сосредоточился и призвал знакомую стихию. Каменный пол отозвался мгновенно — из него выросла изящная колонна в стиле петербургского барокко, со всеми архитектурными деталями.

Кто-то охнул от неожиданности, а затем в зале повисла тишина. Я заметил, что Холмский одобрительно кивнул — парень разбирался в технике.

— Повторите при помехах, — холодно сказал бородатый экзаменатор.

И тут началось нечто необычное. Помехи оказались значительно сильнее тех, что создавали для других кандидатов. Резкие звуки, ослепительные вспышки, даже магические толчки, пытающиеся сбить концентрацию.

Комиссия была настроена пристрастно. Они явно пытались меня завалить — с другими испытуемыми такой жести не было.

Что ж, посмотрим, кто кого.

Я улыбнулся и усилил стихию. Каменная колонна не только устояла, но даже приобрела дополнительные декоративные элементы.

— Огонь, — процедил главный экзаменатор.

Я создал пламя и начал экспериментировать. Огонь принимал форму различных инструментов — молотков, щипцов, даже миниатюрной наковальни. Всё как в настоящей кузнице.