— Деньги меня не интересуют, — отмахнулся Николай. — Отец обеспечивает все мои потребности. Мне нужны опыт и знания.

В его голосе звучала искренность. Горящие глаза, готовность работать за идею — такие люди либо быстро перегорают, либо становятся выдающимися мастерами.

— Хорошо, — решил я. — Завтра в десять утра приходите к нам в мастерскую. Посмотрите на организацию производства, познакомитесь с мастерами. Если после этого желание не пропадёт — добро пожаловать в команду. Поставлю вас помощником.

Холмский просиял, как ребёнок, получивший желанную игрушку.

— Спасибо, Александр Васильевич! — воскликнул он. — Обещаю, что не подведу!

— Посмотрим, — сухо ответил я. — Энтузиазм — хорошо, но в нашем деле важнее постоянство и внимание к деталям.

Мы закончили трапезу, и Холмский потянулся к счёту.

— Позвольте, я заплачу, — сказал он. — В знак благодарности за предоставленную возможность.

— У нас так не принято, — остановил я его. — Мастер всегда платит за подмастерье. Это традиция.

— Но…

— Никаких «но», — твёрдо сказал я, расплачиваясь с официантом. — Если хотите стать мастером, учитесь соблюдать правила с первого дня.

Холмский кивнул, понимая, что спорить бесполезно.

Я расплатился с официантом, оставив скромные чаевые — в «Доминике» обслуживание уже было включено в стоимость блюд. Холмский поднялся из-за стола, практически светясь от энтузиазма.

— Ещё раз спасибо, Александр Васильевич, — сказал он, пожимая мне руку. — Завтра в десять утра буду у вас как штык.

— До встречи, Николай, — ответил я. — И не опаздывайте. Пунктуальность — первое качество хорошего мастера.

— Конечно! — кивнул он и направился к выходу, почти подпрыгивая на ходу.

Я проводил его взглядом, мысленно прикидывая шансы на то, что романтические представления парня о ювелирном деле переживут знакомство с серийным производством. Опыт подсказывал — пятьдесят на пятьдесят.

Допивая остатки кофе, я уже собирался вставать, когда услышал знакомый мелодичный голос:

— Александр Васильевич! Какая приятная встреча!

Обернувшись, я увидел приближающуюся ко мне девушку — высокую, элегантную, с копной тёмно-каштановых волос, уложенных в модную причёску. Графиня Самойлова собственной персоной.

— Алла Михайловна, — поднялся я, слегка кивнув. — Рад вас видеть.

— Какие формальности, — рассмеялась она, подходя ближе. — Я видела, как вы обедали с каким-то молодым человеком. Деловая встреча?

— Можно сказать и так, — ответил я уклончиво. — А вы что делаете в этих краях? «Доминик» вроде не самое популярное место у светской молодёжи.

— Встречалась с модельером — обсуждали костюмы для фотосессии, — объяснила Алла, изящно устраиваясь в кресле, которое только что освободил Холмский. — Кстати, раз уж мы встретились… Когда мне начинать рассказывать о вашем проекте?