Какое же это похоже на…

— Ла… Лариса? — выдохнула я, и голос мой прозвучал чуждо, высоко и мелодично.

Девушка-служанка тут же оживилась.

— Да, хозяйка. Это я. — она попыталась встать, но, кажется, еще не вполне освоилась с вертикальным положением и коленными суставами. Она пошатнулась и ухватилась за край кровати. — Ой. Ноги странные, длинные. И почему всего две? Неудобно.

Из-за ширмы, украшенной вышитыми журавлями, появились двое юношей в серых халатах, подпоясанных веревкой, и со смешными шапочками на голове. Один — высокий, жилистый, с рыжими волосами, собранными в низкий хвост, и хищными золотисто-зелеными глазами. На его лице играла озорная, растерянная ухмылка. Другой — плотный, широкоплечий, с добрым, сонным лицом и взъерошенными темными волосами. Он зевнул, прикрыв рот ладонью — движение было до неприличия кошачьим.

— Рыжик? Тимофей? — мой голос сорвался на первое сопрано.

Рыжий парень энергично кивнул.

О боже, они даже в человеческом обличье вели себя, как мои коты.

— Мы, хозяйка, мы. Я вроде как человек! — Рыжик оглядел свои руки с восторгом, а потом попытался лизнуть собственную ладонь. Получилось с трудом. Он сморщился. — Фу. Соленый. И шерсти нет.

Тимофей просто сел на пол, скрестив ноги по-турецки, и уставился в пространство, медленно моргая.

— Тут тепло… — протянул он своим низким, ленивым голосом. — Солнечное пятно на полу хорошее… Можно полежать?

У меня закружилась голова. Я отступила назад и наткнулась на табурет. Рухнула на него. Шелк зашуршал, коты-люди уставились на меня.

— Это… это та дорама, — прошептала я, глядя на свои новые, незнакомые руки. — «Судьба Алого Лотоса». Последняя, которую я смотрела. Мы… мы внутри нее?

Лариса, наконец справившись с ногами, подбежала ко мне и неожиданно ткнулась головой мне в бок, стараясь потереться об одежду, как делала всегда, когда хотела ласки.

— А здесь интересно, хозяйка, — прошептала она. — За окном птички чирикают, и пахнет едой откуда-то… не из миски.

— Интересно? — я чуть не задохнулась.

Во мне заговорила паника. Я схватила ее за плечи (какие хрупкие косточки!) и пристально посмотрела в чужие зеленые глаза.

— Лариса, ты что, не понимаешь? Здесь нас убьют. Всех убьют. А вы, — я оглядела котов, — вообще в глазах жителей — демоны. Вас первых и прикончат. Вас же демонами посчитают.

Ну, я очень мало знала про местые правила, но из сериалов помнила, что все, буквально все, плохой знак. Тут все разговаривают иносказательно, бросаются намеками, и каждый герой, даже самый незначительный — лицемер.

И я попала в новый мир с котами?