Не самое уютное место, но всяко лучше, чем лететь вниз.

Я поморщился. Из спины с тихим, противным хлюпаньем выпала последняя пуля. Раны затянулись, оставив после себя лишь лёгкий зуд и дырки на плаще.

— Все целы? — уточнил я.

— Мой… мой «Окто»… — всхлипнула Ди-Ди, сидя на полу и заглядывая вниз через край. — Он разбился…

— Не плачь, — Роза погладила её по голове лианой. — Ты сделаешь нового. Большого и красивого. С шестнадцатью щупальцами. И с двумя подстаканниками.

— Там же были новейшие магнитные захваты с саморегулирующимся полем… — продолжала горевать рыжая. — А система балансировки! Да она была произведением искусства!

— Он погиб как герой, — торжественно произнесла Роза. — В сериале «Стальные грёзы», капитан звездолёта «Отважный» тоже пожертвовал своим кораблём, чтобы спасти экипаж. Все плакали. Это была самая рейтинговая серия сезона.

— Так, — прервал я, — если вы закончили с рефлексией, нам пора двигаться дальше. Не думаю, что Магнус оставил эти гнёзда без присмотра. Так что подвеску, каждый монитор и ионизатор воздуха с запахом лаванды мы оплачем позже.

— Там был жасмин, а не лаванда, — со знанием дела поправила Роза.

Я подошёл к внутренней перегородке турельного гнезда. Толстый лист бронированной стали, отделяющий нас от технических коридоров небоскрёба. Для кого-то непреодолимая преграда. Для меня — просто дверь, в которой забыли сделать ручку.

— Отойдите, — скомандовал я.

Девушки послушно отступили. Я снова активировал «секач». Багровое сияние пси-поля стало ярче, воздух вокруг клинка затрещал от напряжения.

Первый удар. Лезвие с лёгкостью пробило металл. Второй. Третий. Я вырезал аккуратный, ровный квадрат, достаточный, чтобы в него мог пролезть человек. Затем упёрся ногой в вырезанный кусок стены, и тот с глухим стуком выпал наружу.

В образовавшемся проёме виднелся тускло освещённый коридор.

— Ну что, грибники, — усмехнулся я. — Пора за урожаем.

Мы вылезли из изуродованного турельного гнезда и оказались в узком, стерильно-чистом техническом коридоре. Здесь не было ни намёка на корпоративную роскошь. Только голый, функциональный металл. Стены, пол, потолок — всё обшито гладкими, матовыми панелями.

— В сериале «Тайны старого коллектора», — задумчиво произнесла Роза, с любопытством разглядывая трубы под потолком, — герои тоже попали в такой коридор. А потом из труб полезли гигантские слизни-мутанты.

— Если отсюда полезут слизни, я лично скормлю их Кощею, — пообещал я, осматриваясь. — Но пока что меня больше беспокоят камеры.

Они были повсюду. Маленькие, чёрные, почти незаметные на фоне тёмных стен. Их объективы, как глаза мёртвой рыбы, равнодушно взирали на нас. И я был уверен, что за этими глазами скрывается очень даже живой и очень недружелюбный интеллект.