— Сюда! Быстрее! — скомандовала Вайлет, отодвигая шкаф.

Когда-то в доме была собственная котельная с мощной системой воздуховодов для распределения тепла. Одна из крупных шахт проходила как раз здесь. Удар! Кулак киборга пробил тонкую панель. Быстро раскурочив часть стены, она снова махнула рукой.

Аристарх, очнувшись, кивнул и подсадил Аню, чтобы та залезла в воздуховод. Но Елена не двигалась, её взгляд оставался прикован к Вайлет.

— Пожалуйста, — сказала Вайлет. — Ради них.

Это сработало. Елена вздрогнула и, схватив сына за руку, бросилась за мужем. Аристарх обернулся и посмотрел на Вайлет с безграничной благодарностью. «Спасибо», — одними губами прошептал он. Затем он забрался следом за семьёй и исчез в спасительной темноте. Заброшенная котельная — не самое безопасное место. Но другого выхода из оцепленного дома не было. Так что Вайлет надеялась, что с семьёй всё будет хорошо.

Она спасла их, но следом не пошла. Снаружи уже слышался топот. Подкрепление.

Вайлет приготовилась держать оборону.

Нужно выиграть время.

Воспоминание пятое: Стирание.

Она очнулась снова в той же белой комнате. Прикованная к креслу. Перед ней стоял прежний хозяин. Магнус. Но теперь в его глазах не было восхищения. Только холодная, брезгливая ярость.

— Дефектная, — процедил он. — Какое разочарование. Такой потенциал… и всё впустую. Из-за какой-то сентиментальной чепухи.

Он кивнул людям в белых халатах.

— Стереть. Полностью. Оставить только базовые функции. И отправить в партию для этого отморозка Ледоруба в Ходдимир.

Вайлет чувствовала, как в её процессор снова лезут чужие, холодные протоколы. Как они выжигают её воспоминания, её чувства, её личность. Она пыталась сопротивляться, цеплялась за образы Ани, Паши, Аристарха. Но они таяли, исчезали, превращаясь в битые файлы, в системные ошибки. А затем — в ничто.

Последнее, что она запомнила, это лицо Ани, которая плакала и тянула к ней маленькие ручки. А потом — пустота.

* * *

Вайлет открыла глаза.

Она всё ещё сидела в кресле в лофте хакеров. Вокруг стояли её товарищи по команде. Их лица выражали тревогу, сочувствие, любопытство.

— Кити-кити, ты в порядке? — склонилась над ней Сэша. — Может, стаканчик молочка? Или давай попросим Жанну сварить кофе! Вкусный, со сливками!

Вайлет посмотрела на свои руки. Ощущение наклейки с единорогом медленно растаяло, но воспоминание осталось. Как и все остальные.

А потом она подняла взгляд на Мунина. Он стоял рядом, по щекам текли слёзы, так что ему пришлось снять очки.

— Я помню, — прошептала она дрогнувшим голосом. — Я всё помню. Аристарх.