— Вас как зовут? — спросил я, принципиально не поздоровавшись с преступником, и включил запись на «Панасонике».

— Дима… — всхлипывая, произнес парень. — Акимов Дмитрий Олегович.

— Что вы сделали с детьми? Зачем их держали?

— Мы… Я… — преступник терся лицом о красную клетчатую рубашку, так как руки у него были скованы за спиной. — Мы никого не собирались убивать. Только напугать и выведать… выведать, у кого когда родителей дома не бывает. Это все Глеб! Синягин! Он все придумал!

— А ты еще большая сволочь, Дмитрий Олегович, чем этот твой Синягин, — Эдик презрительно сплюнул. — Ревешь, как баба, смотреть на твои сопли противно. А когда на дело шел, ребятишек до полусмерти пугать, королем себя чувствовал?

Следователь Апшилава всего лишь сделать один-единственный шаг, а подельник Синягина сжался в комочек, зажмурив глаза. Даже пискнул «не надо», решив, видимо, что его сейчас будут бить.

— Я… — он захлебывался слезами. — Я ведь их и пальцем не тронул! Мы их только пугали! Вон они, смотрите, уже улыбаются.

Я непроизвольно повернулся в сторону «рафика» с красным крестом на борту и столкнулся взглядом с Аглаей. Она как раз осматривала очередного мальчишку, а трое его друзей стояли чуть поодаль, нахохлившись, как воробьи. А я взял и помахал девушке рукой, сбив этим легкомысленным жестом всю серьезность момента. Спохватившись, я сосредоточенно ей кивнул, потом опять повернулся к плачущему Акимову.

— Милиционерами зачем притворялись? — я задал вопрос, который интересовал меня больше всего.

— Чтобы опорочить органы правопорядка? — мрачно уточнил Апшилава, после чего преступник задрожал как испуганный заяц.

— Просто так легче детей заманить! — бросился он оправдываться. — Покажешь им «липу», лицо строгим сделаешь, они и пойдут за тобой как бараны!..

На последнем слове Акимов осекся, поняв, что оно было лишним. Эдик выругался на каком-то другом языке, видимо, абхазском.

— Больше нет вопросов, — я покачал головой, и следователь с грохотом закрыл дверцу «уазика». — Извините меня, Эдуард Асланович, я отойду.

— Понимаю, у вас своя работа, — кивнул тот.

А я направился прямиком к Ямпольской, которая как раз заканчивала осмотр последнего паренька.

— Зовут тебя как, еще раз? — уточнила, подслеповато щурясь, пожилая медсестра.

— Сережа Рокотов, — тихо ответил мальчик, потом прочистил горло и произнес уже гораздо громче и уверенней: — Сергей Антонович Рокотов.

В моей голове тут же все встало на место. Или это полный тезка гендира нашего холдинга из прошлой жизни, или… Сергей Антонович рассказывал историю из своей жизни. Те самые преступники, притворявшиеся милиционерами, были известны Рокотову не понаслышке. Он сам оказался одним из потерпевших, проходивших по их делу! И еще по всему выходит, что я сейчас вижу своего будущего начальника. Точнее, будущего начальника того, кто станет жить и работать с ним в двадцать первом веке. Не уверен, что это уже буду я…