— Какой заразы тут только нет! — бурчал Кульков, стряхивая со шлема большое насекомое с когтистыми лапами. — Интересно, они людей жрут?
— Да ничего она тебе не сделает, — говорил ему Саблин. Они вытащили фугас из воды, уложили его на мостки, и теперь Аким снимал с него взрыватель. — Мошка тебя тут быстрее заест.
— Это да, — соглашался с ним Кульков. — Мошка тут знатная.
— Пострашнее нашей будет, — замечал Мирон.
Он сидел в их лодке у электронного оборудования. И был вынужден накрыться брезентом, чтобы насекомые не облепляли рацию и РЭБ-станцию. А тем только дай возможность. От оборудования шло тепло, да и разных огоньков куча, что, видимо, привлекало целые тучи мошки, которые накрывали всё вокруг радиста живым ковром.
— Камень близко, — пояснял Николай. — А чем ближе к Камню, тем всякой дряни всё больше.
И вскоре послышались моторы, а потом в ночи среди зарослей стали мелькать белые вспышки носовых прожекторов.
Лодки с армейцами подошли, и Саблин с казаками видели, что народа в них явно прибавилось, прапорщик, стоя на мостушке, глядел, как они швартуются.
— Пленных набрали, — заметил Мирон, выглядывая из-под брезента.
— Как есть, — согласился Кульков.
Моторы смолкли, солдаты стали выбираться на мостки и на берег.
— Ну, что вам сказать, прапорщик, — Фарафонов вылез на мостушку и теперь потягивался, по голосу можно было понять, что он доволен.
— Ну уж скажите что-нибудь, — говорит ему Аким.
— Во-первых… — лейтенант вертит шлемом, у него явно затекла шея. — Можно нас поздравить с маленькой победой. А во-вторых… как говорится, у меня для вас две новости.
— Что за новости?
— Хорошая и плохая.
— Что за хорошая? — сразу спрашивает Саблин.
— Хорошая в том, что банды Чиёншоха по кличке «Глаз» больше не существует, — отвечает ему Фарафонов, кажется, с нескрываемым удовольствием, и тут же продолжает: — Слушайте, прапорщик, а здесь еда нормальная есть? Бараки с уплотнителями? Тут броню снять можно?
— И еда хорошая есть, и броню снять можно, и даже помыться… У них тут очищенной воды навалом, — но Акиму очень хочется знать: — А в чём же плохая новость?
— Пойдёмте, покажете, где душ, — говорит ему лейтенант и берёт Саблина под локоть.
— Там чесоточные мылись, — предупреждает его прапорщик, но ведёт его к зданию комендатуры. — А ещё там заражённый грибком.
Но это всё не пугает Фарафонова.
— Ничего, как-нибудь… — и он говорит дальше: — Плохая новость в том, что самого Глаза мы не нашли.
— Не нашли? Ушёл, значит? — вот уже Саблину и повод расстроиться. На банду у него заказа не было. Ему был нужен именно Чиёншох.