— Павел Андреевич. Разница между нормативной ставкой и фактическими сборами составляет…

— Составляет от полутора до трёх раз. В зависимости от заведения. Среднее арифметическое: 2.1 раза. То есть город получает в два с лишним раза меньше, чем положено по закону. В деньгах: мы недобираем порядка 1800 рублей в год. Это, Фёдор Игнатьич, стоимость тридцати керосиновых фонарей вместе с установкой.

Сычёв снял пенсне. Протёр его. Надел. Это был его трёхступенчатый ритуал перед тем, как произнести что-то, что ему не хотелось произносить.

— Павел Андреевич. Вы понимаете, что самый крупный неплательщик…

— Трактир «Якорь». Собственность Тараса Лукича Гордеева. Платит в 2.7 раза ниже нормы. Три года подряд. Да, Фёдор Игнатьич. Я понимаю.

— И вы всё равно хотите?

— Хочу. Ревизия начинается второго числа.

Сычёв вздохнул так, как вздыхают люди, которые двенадцать лет просидели в управе, пережили четырёх городских голов и знают, что каждый новый начальник рано или поздно решает навести порядок в трактирных сборах. Все предыдущие останавливались на пороге «Якоря». Этот, видимо, не остановится.

— Будет сделано, Павел Андреевич, — произнёс он и достал записную книжечку.

Это его «будет сделано» (не «попробуем», не «это сложно») прозвучало как маленькая капитуляция. Не передо мной. Перед неизбежностью.

II

Второго августа, в девять утра, мы с Добросклоновым начали обход.

Добросклонов Пётр Алексеевич, становой пристав, двадцати восьми лет, стоял перед зданием управы в отутюженном мундире, с папкой под мышкой и с выражением лица, которое я бы описал как «готовность к исполнению при глубоком внутреннем несогласии». Он трогал верхнюю пуговицу мундира. Этот жест я уже запомнил: нервничает.

— Пётр Алексеич. Маршрут на сегодня: Пекарная улица, четыре заведения. Завтра: Торговая площадь, три. Послезавтра: Набережная и Хлебная, ещё четыре. Оставшиеся три, включая «Якорь», на четвёртый день.

— Докладываю, Павел Андреевич. Все понял.

— Волнуетесь?

— Никак нет. — Он потрогал пуговицу ещё раз.

— Пётр Алексеич. Мы проверяем сборы. Законное право городского головы. Статья 72 Городового положения. Вы при мне в качестве должностного лица полиции, обеспечивающего порядок проверки. Всё в рамках закона. Если кто-то будет возражать, возражения принимаю я, а не вы. Ваша задача: стоять рядом и выглядеть убедительно.

Добросклонов чуть расправил плечи. Формулировка «выглядеть убедительно» ему понравилась. В ней был конкретный приказ, который не требовал от него ничего, кроме прямой спины и застёгнутого мундира. А это он умел.