Не понимая, что произошло, я выскочил на улицу. Люди бросали работу, бежали к бойницам, карабкались на уцелевшие крыши.

Взлетев по шаткой лестнице на стену, я выхватил бинокль.

На господствующей над городом высоте, на том самом плато, где раньше было «Орлиное гнездо», происходило немыслимое.

По крутому, почти отвесному склону ползли сотни маленьких фигурок. Это были китайские кули. Они тянули канаты, упирались ногами, но упорно, дюйм за дюймом, тащили наверх что-то тяжелое, темное.

Пушки. Две полевые пушки на лафетах. Их снаряды, конечно, не сравнить с мощными «чемоданами» осадной артиллерии, но с этой высоты они могли простреливать весь город насквозь.

— Они сошли с ума! — выдохнул стоявший рядом Левицкий. — Как они их туда затащили⁈ Это же отвесная скала!

— У них много людей, — мрачно ответил я. — И у них есть английские инженеры. Очевидно, они построили полиспасты.

Нда… Это был удар под дых и нокаут.

Как только эти пушки встанут на позицию, оборона потеряет смысл. Стены больше не защитят. Нас будут расстреливать сверху, как в тире. Каждый двор, каждый переход станет смертельной ловушкой. Фанзы станут кучами щебня, и тогда эти пушки обрушат на нас град картечи… А укрыться от нее будет негде.

По рядам защитников прошел ропот. Я видел, как бледнеют лица, как опускаются руки. Паника, липкая и холодная, начала расползаться по стенам быстрее чумы.

— Все кончено… — прошептал кто-то рядом. — Нам конец.

Нужно было действовать. Немедленно.

— Панику отставить! — крикнул я обводя их презрительным взглядом.— Что вы, как бабы, запричитали? Пушки? Ну и что?

Под моим взглядом солдаты опускали глаза, стыдясь своего малодушия.

— Я ждал этого. Это ничего не меняет. Наоборот — это значит, что они торопятся. Они боятся нас. Они знают, что внизу нас не взять, и лезут на скалы, как горные козлы.

Ухмыльнувшись, я шагнул к ближайшему командиру десятка, который стоял с открытым ртом.

— Они просто решили ускорить свою смерть. Они притащили пушки поближе, чтобы нам было удобнее их взорвать. Мы скоро этим займемся… А сейчас — всем вернуться к работе! Немедленно! Каждая минута простоя — это подарок врагу. Каждая стрела, которую вы сейчас сделаете, — это жизнь одного из наших. А ночь близко. Выполнять!

Моя уверенность, пусть и наигранная, подействовала. Люди, привыкшие подчиняться силе, встряхнулись. Паника отступила, загнанная вглубь суровым окриком. Снова застучали молотки, снова завизжали пилы. Город продолжил ковать свою смерть для врага.

Убедившись, что порядок восстановлен, я спустился вниз и направился в укромный двор, огражденный высокими стенами. Там, под руководством Сафара и Лян Фу, шла совсем другая работа.