— А обоз? Ракеты? — спросил Найдан-ван.
И тут я озвучил идею, пришедшую мне в голову во время их бесконечных рассказов.
— Забейте десяток самых жирных быков, сделайте бурдюки. Свяжите их по нескольку штук. Получатся отличные понтоны. На них мы перевезем наши ракетные станки.
Наступила тишина. Монголы смотрели на меня с изумлением, смешанным с восхищением. Эта простая, почти дикарская, но абсолютно гениальная в своей практичности мысль поразила их воображение.
Найдан-ван долго молчал, потом впервые за весь вечер громко расхохотался.
— Ухыр-бу! — важно провозгласил он, поднимая палец, и его слова тут же стали афоризмом. — По земле нас возят на живых быках, а по воде повезут на мертвых! Белый Нойон знает пути, неведомые простым смертным!
Через несколько дней, оставив позади переправу, наши авангарды вышли к Улясутаю, гордо возвышавшемуся среди размытого недавним ливнем пепелища. Теперь крепость не казалась спящей. На стенах мелькали каски часовых.
И как только передовые разъезды вошли в зону ружейного выстрела, стена ожила. Сначала робко, потом все чаще, оттуда начали бить выстрелы. Пули бессильно цокали о камни, не долетая до нас, но это была не атака. Это был нервный, истеричный ответ напуганного зверя.
Вслед за выстрелами мы увидели дым. Гарнизон поджигал то, что не успел сжечь в прошлый раз. К небу взметнулись черные столбы.
Наше войско остановилось на почтительном расстоянии. Все молча смотрели на горящие дома и стену, огрызавшуюся бессмысленным, беспорядочным огнем. Представление было окончено. Занавес поднят. Следующей сценой должен был стать штурм.
Глава 12
Глава 12
В предрассветной, стылой мгле лагерь гудел, как растревоженный улей. Не было ни стройных построений, ни четких команд. Монголы готовились к бою так, как делали это веками — сбиваясь в ревущую, нетерпеливую толпу, проверяя оружие, выкрикивая родовые кличи.
Я пытался навести хоть какой-то порядок. По моему приказу из обоза вытащили неуклюжие осадные лестницы.
— Объясни им, — бросил я Хану, — что лестницы надо нести крючьями вперед! Иначе у самой стены потеряем время!
Вместе с офицерами мы попытались распределить цэриков по группам: стрелки с ружьями — для огневого прикрытия, за ними — штурмовые отряды с пиками и саблями. Ружья — за спину, в рукопашной от них толку не будет. Монголы слушали, кивали, но я видел в их глазах лишь дикий, нетерпеливый азарт. Они не собирались играть в мои тактические игры. Они явно собирались в набег — как их предки сотни лет назад
С первыми проблесками зари, когда верхушки башен Улясутая проступили на фоне светлеющего неба, над степью разнесся низкий, утробный гул. Затрубили в свои огромные витые раковины сигнальщики Найдан-вана. Удивительно, но здесь, в Монголии, для подачи звуковых сигналов воинам применяли не рога животных, а именно морские раковины, как где-нибудь в Океании. Этот звук, рожденный в океанских глубинах, действует на степняков гипнотически. Иииии…тадам! Забыв про все мои приказы, они пришли в движение!