— А что там? — Ирен повернулась к призывно манящей лестнице. После первого пролета она раздваивалась, напоминая размах крыльев птицы рамос на имперских флагах, расставленных по периметру консульского зала вперемешку с флагами Вирити — синими полотнищами с белыми концентрическими кругами по центру, образующими воронку.

Ирен чувствовала: все, что происходит здесь, на первых этажах посольства, — всего лишь закулисье. Настоящее действие шло там, под самыми сводами купола, в комнатах, скрытых от глаз посторонних. Наверняка именно там вершилась судьба если не мира, то хотя бы двух государств Ближнего Космоса.

— На верхних этажах устраивают встречи посла и главы Вирити, — просто ответила Ена, разрушив всякое очарование вокруг лестницы и тайн, к разгадке которых она могла приблизить Ирен. Будто нарочно, чтобы окончательно опустить подопечную с небес на землю, Ена добавила: — У тебя же гуманитарный профиль, верно? Я провожу тебя к рабочему месту и познакомлю с коллективом.

Ирен понуро склонила голову и потопала вслед за Еной в левое крыло посольства.

Четыре года назад, только поступив в университет, Ирен, рассуждая о выборе специализации, остановилась на гуманитарной области дипломатических отношений. Все потому, что ее не прельщала экономика с вечными рядами нулей денежных сумм и словом «промышленность», фигурировавшим в каждом предложении по три раза. Политика в чистом виде ее пугала: слишком много ответственности, слишком много взглядов, оценивающих каждый твой шаг, каждое твое слово. Поэтому выбор пал на гуманитарную сферу взаимодействия.

С одной стороны, Ирен вплотную могла общаться с иными культурами, ради чего она и согласилась ступить на путь дипломатии. С другой стороны, в гуманитарной сфере можно было говорить о науке и искусстве, затрагивая деньги и войны лишь в исключительных случаях. Но с каждым годом обучения в университете она все больше и больше жалела о выбранном профиле. Гуманитарные переговоры с их размеренным ритмом казались детским садом по сравнению с баталиями на фронтах политики и экономики.

Несмотря на борьбу противоречий, Ирен предпочла ничего не менять в своей жизни. Слишком уж она волновалась о последствиях, которые вызовут перемены. Так птицы во время кочевки с острова на остров в зорийских морях в какой-то момент останавливают продвижение на юг, встретив горную гряду или широкий залив. Что кроется по ту сторону препятствия, они не знают, да и силы свои рассчитать адекватно не могут, поэтому остаются на старом месте, убеждая себя в том, что это место — их лучший выбор.