— Уважаемая Осоко, мы прилетели.

***

Ирен, как сомнамбула, лениво перебирала ногами в попытке сосредоточиться на мысли о том, где она и что ей надо сделать. Вокруг на посадочной площадке Вирити толкались такие же зомби с отсутствующими выражениями лиц.

После выхода из анабиоза перед глазами еще какое-то время стояла белая пелена, поэтому посмотреть на Вирити с высоты птичьего полета Ирен не удалось. Зрение прояснилось только во время посадки транспортника. Когда Ирен поднялась с места, все тело жалобно заныло, умоляя о том, чтобы остаться в удобном мягком кресле, навечно застряв в коридоре между Зори и Вирити, между бытием и небытием.

— Пожалуйста, посмотрите внимательно на свои заметки, сделанные перед вылетом. Они помогут скорее оправиться и вернуться в реальность, — посоветовала одна из стюардесс на выходе с посадочной полосы.

Все потянулись к планшетам. Ирен, как и другие пассажиры, следуя наставлениям стюардесс, набросала для себя краткие пометки, но какие точно не помнила.

На экране загорелись строчки: «Чтобы лучше было жить, не забудь с утра воды попить». Ирен прикусила губу и тут же погасила планшет, чувствуя, как горят от стыда щеки. Она не знала о побочных эффектах анабиоза, поэтому посчитала слова стюардесс шуткой и вписала первые строки детского стихотворения, которое разучивали в детском саду дети, запоминая краткий свод правил здоровой жизни. Впрочем, стыд отрезвил Ирен быстрее, чем холодный душ.

Попутчики, летевшие с ней в транспортнике, потихоньку начали расходиться, то и дело поглядывая в планшеты, точно убеждая себя в том, что они действительно оказались на другом конце Ближнего Космоса. Ирен подхватила чемодан и подошла к стойке регистрации, где поспешила пройти биометрические тесты, получить отметки о регистрации. Пока она стояла в очереди, ее плеча осторожно коснулась чья-то рука. Ирен испуганно вздрогнула и обернулась.

Перед ней предстала женщина средних лет в длинной серой юбке и точно таком же сером кардигане. Невзрачный монотонный цвет одежды невольно перетягивал на себя внимание, отвлекая от лица и позы. Такой эффект нарочно использовали, чтобы обезличить людей, работавших в посольстве. В имперском посольстве. А это значит…

— Уважаемая Ена? — уточнила Ирен.

Женщина улыбнулась и протянула ладонь для пожатия.

— Студентка Ирен Осоко, — констатировала она.

Ирен, помедлив, пожала руку. В университете не было принято фамильярничать с преподавателями. Более того, студенты, не сговариваясь, приняли за правило вести себя друг с другом с подчеркнутой вежливостью и еще более подчеркнутым превосходством — в общем, привыкли подражать представителям планеты Пенитрии, обожающим заниматься самолюбованием.