Первым делом Абдул Хаким пошёл в Дхарави — начинал с самого дальнего, дома кожевника Мохаммеда. Пришёл утром. Они посидели на веранде, выпили чай с молоком и кардамоном. Мохаммед жаловался на цены, на англичан, на то, что молодёжь уезжает в город работать на фабрики. Абдул Хаким слушал, кивал, потом попросил разрешения спуститься в подвал — посмотреть старые куски буйволовой кожи. Подвал был низким, потолок почти касался головы. За грудой пустых бочек стояли два ящика — точно так, как их оставили. Замки целы, доски без свежих царапин. Он проверил один ящик — винтовки лежали в промасленной бумаге, стволы сухие.

Второе место — за водокачкой, в старом доме ткачей. Абдул Хаким пришёл днём, когда все были на работе. Поговорил с хозяйкой Хамидой, купил два мотка хлопковой нити, посидел в тени, попросил чаю. Пока она возилась на кухне, прошёл в дальнюю комнату и приподнял доску пола. Ящик лежал под старым одеялом. Абдул Хаким добавил сверху ещё слой тряпья.

Третье место — подвал заброшенной комнаты у кожевенной фабрики. Он пришёл вечером, когда рабочие уже ушли. Подвал был тёмным, пахло старым деревом и плесенью, но было сухо. Ящик стоял за грудой пустых ящиков из-под керосина.

Четвёртое — под лестницей в многоквартирном доме рабочих с мельниц. Ящики стояли за старыми корзинами. Он накрыл их ещё одним мешком — для верности.

Пятое — подвал маленькой мечети. Имам встретил его после вечерней молитвы. Они посидели в тени минарета, поговорили о погоде, о ценах на рис. Потом спустились вниз. За стопками Коранов и старыми коврами стояли два ящика с патронами. Имам сказал:

— Мыши здесь единственные гости. И то редко.

Абдул Хаким улыбнулся. Проверил содержимое — всё было на месте.

Следующий день он провёл в районе Матунги. Первое место — сарай за школой. Абдул Хаким открыл замок своим ключом, зашёл внутрь. Четыре ящика стояли у стены, накрытые циновками. Он пересчитал — всё сходится.

Второе — комната одинокого портного на втором этаже старого рынка. Пока портной работал, Абдул Хаким прошёл в дальний угол, приподнял люк под кроватью. Ящик лежал в погребе, завёрнутый в мешковину.

Третье и четвёртое места — ближе к железной дороге: одно в подвале многоквартирного дома, другое в заброшенном складе у путей. В подвал он спустился ночью — ящики лежали за пустыми керосиновыми ящиками. На складе дождался, пока пройдёт товарный поезд, потом проверил груз — карабины были сухие.

Зарина в Сионе не подвела. Под картошкой и луком лежали три ящика. Он перенёс их в старую комнату за складом угля, поставил в угол, накрыл одеялами и мешками. Позже прошёл мимо Зарины на рынке, купил кинзу и тихо сказал: